— Мне просто самой очень нравится ездить верхом
— И все же вы очень неумело обращаетесь с лошадьми…
Лиса положила пальцы мне на виски и начала массировать скальп, затем медленно, поглаживающими движениями перешла ко лбу. Это нереально расслабляло, а еще у меня почему-то защекотало где-то за ушами.
— Если честно, я испугалась, что вы воспользовались моментом чтобы сбежать к принцу. Говорят, его судно все еще стоит в порту
— Судно, в порту? - я вдруг поймала себя на том, что у меня бешено заколотилось сердце – Почему ты молчала раньше?
— О, это безумная идея, госпожа!
— Ты найдешь к нему дорогу?
Если сейчас воск от свечи выльется в виде двух или более фигур – это безумная идея. А если одной…
Я схватила свечу, верхняя выемка которой была полна расплавленным воском, и выплеснула его в воду. Через несколько секунд он застыл на поверхности воды в виде сердца.
— Одевайся немедленно! И найди мне какое-нибудь платье похуже.
— Вам лучше одеться, как подобает леди, иначе вас могут просто не пустить к принцу Рэю!
***
Дождь стих. Над холмами висели туманы. Они флагами цеплялись за башни замка, наполняли дворы, стекали как белая вода по ущельям, а там, где ветер гнал их вверх, карабкались в гору, словно волны набегали на камень, переливаясь через перевалы. По небу снова рассыпались звезды. Ночь была волшебной и абсолютно безлюдной.
Лиска, ориентируясь по одной ей известным приметам, нашла королевское судно, «Аттария» на котором должен был отбыть принц. Допросили сонного юнгу. Из мыслей я считала, что принц сошел на берег и проводит последнюю ночь на берегу в гостевом доме «Белая лилия». В лилии нас почти сразу сцапала охрана принца, которая была тут понатыкана всюду, и выдавала себя некой брезгливостью, с которой они ходили по пушистым красным коврам и прикасались к резной деревянной мебели. Хотя ковры на мой взгляд были вполне приличными. Телохранители признали во мне его подружку, да и кольцо подтвердили, что его, но к нему в комнату не пускали. Принц спал. Сыпалось время в больших песочных часах в торце коридора. Я ждала утра. Болели от бессонницы глаза, молочно-серый свет начинал сочится из окон, предрекая скорый рассвет. Вот и настал седьмой день моего прибывания здесь. Сегодня меня отпустят домой. Я так ждала этого дня, но вместо того, чтоб готовиться к переходу, караулю у Рэя под дверью.
Внизу раздался какой-то шум, судно снималось с якоря, капитан требовал всех немедленно подняться на борт. Пышно разодетый слуга, растолкав нас, ворвался в комнату, судя по звукам попытался разбудить Рэя.
Раздался звон бьющейся посуды.
— Где она??? Где эта сучка!!! Я слышу на тебе запах ее духов. Тащи ее сюда немедленно!!!
— Вы все еще желаете его видеть, госпожа? – вежливо поинтересовался охранник, пряча улыбку.
— Да! – решительно сказала я
— Тогда прошу вас – он распахнул передо мной дверь и элегантно взмахнул рукой, предлагая пройти.
— Милана…
Перегар в комнате стоял такой, что резало и без того воспаленные глаза. Рэй, в мятом белом костюме, том самом, но выглядевшем уже далеко не так шикарно, в обуви валялся на кровати, поверх бирюзового, расшитого золотом покрывала. Слиплись и растрепались его прекрасные русые кудри, каким-то старым и безжизненным, казалось лицо.
— Милана… Ты мне, наверное, снишься…
— Наверное снюсь… - я взяла его за руку – мой принц… – надо придерживаться официального тона, я буквально ощущала, как жадно подслушивают за дверью – я пришла, чтобы просить прощения… Я не прошу понять меня, я многого вам не могу рассказать, просто простите…
— Ты прощена
Я вдруг просто физически почувствовала, как мне стало легче. Как будто выпустила из груди воздух, который очень долго держала на вдохе, отпустило окаменевшие плечи, которые безуспешно пытался размять Кристиан. Странно, я привыкла что люди начинают отговаривать, говорить «что ты, никакой вины тут нет» и от этого как правило не становится ни легче, ни хуже. А тут… «прощена», даже не интересуясь, почему я так поступила, не спрашивая и не ища оправданий, ни колеблясь ни миллисекунды, тем самым и признавая мою вину и отпуская ее одновременно. И вот я уже другой человек, словно получила полное искупление грехов…
— Благодарю вас, принц Рэй! – я, кажется, плачу от счастья… Он сгреб меня рукой за талию и повалил на кровать рядом с собой, потерся пахом о мое бедро, потом заглянул к себе в штаны, оттянув ремень, и расхохотался…
— Я, кажется, перебрал вчера лишнего – зашептал он мне в ухо, но когда я вернусь, я заполню твою дырочку собою, и ты перестанешь чувствовать эту пустоту внутри – он оскалился, радуясь собственному остроумию.