— Как называются эти колокольчики?
— Эритрофидиллия. Сложное название. В переводе с древнего то ли слезы дракона, то ли что-то еще. Впрочем, никаким целебным свойством они не обладают, просто красивые - она, смеясь, качнула ладонью стебель, вызвав еще один град сверкающих капель. - пойдемте, если я правильно помню, нам туда - она указала на расселину, из которой и правда сочилась вода - каменный монолит на дне ее был влажным. Мы забрались на небольшой каменный порожек и оказались внутри. Качались на толстых стеблях цветы, похожие на лаванду, только размером каждый цветок был с небольшой ананас, или шишку гималайского кедра, а цвет они имели розовый, который впрочем, менялся в зависимости от возраста цветка, от насыщенно фиолетового в бутонах, до бледно розового, белесого у увядающих лепестков. После мертвого ущелья, тут было очень много жизни, даже некоторый избыток. Мы пробирались между гигантских папоротников и камней, укрытых изумрудным мхом. Мох этот был напитан водой словно губка, и мы очень быстро вымокли, так или иначе опираясь на камни. Вода была ледяная. Сверху же пекло солнце, порхали бабочки, гудели многочисленные насекомые. Попадались и странные лишайники, вытянувшие вверх спороносы, похожие на дудочки, нежно голубого оттенка. Они казались совершенно инопланетной формой жизни. Что-то ярко-розовое и похожее на орхидею. Что-то фиолетовое, почти черное, похожее на гигантские каллы. Листья растения, похожие на зонт, метра полтора - два в диаметре, плотные, блестящие, темно-зеленые.
Мы прошли метров пять. За эти пять метров я насмотрелась такого, чего не встретишь, наверное, ни в одной оранжерее. Разбегались в разные стороны толстые, сапфировые и изумрудные ящерки. Слава богу, не было змей.
— Нравится?
Эмина была в экзальтированном состоянии, хохотала каждый раз, когда ей садилась на палец бабочка, или побеги растений касались ее щеки, поскальзываясь на скользких камнях, пачкаясь пыльцой растений, которая облачками взлетала, стоило только потревожить странные цветы.
— Еще бы! - ответила я, справляясь с цветоносом, преградившим мне путь, стараясь его не сломать. Только сейчас я поняла, что тоже улыбаюсь во весь рот.
— Это здесь - она указала на родничок, вытекавший из трещины в скале. На уровне метра струйка воды наполняла небольшую каменную чашу естественной формы, кем-то старательно расчищенную от каменной крошки. Она была небольшой, едва хватило бы чтобы зачерпнуть воды в горсть. Родник ничем не отличался от иных, не было никакого опознавательного знака.
— Подожди меня тут. Я должна побыть одна и сосредоточиться.
Кажется мы только что перешли с принцессой на "ты"? Я молча кивнула. Подвернула под себя гигантский лист растения, который казался достаточно прочным, чтобы выдержать мой вес, и устроилась на нем, как на шезлонге, стараясь настроится на Эмину в самый сокровенный для нее момент. Это оказалось непросто. Яростное солнце, праздничная растительность, журчание воды и пение насекомых - трели каких-то сверчков или цикад расслабляли, погружая в какое-то странное, трансовое состояние.
Эмина просидела у родничка минут десять. Она думала о будущем сыне, о том, кем он вырастет, просила могущества то ли для себя, чтобы его поддержать, то ли для него, чтобы он стал величайшим королем? завоевателем? героем? Как мать, она хотела для него всего, но не знала конкретно чего именно. Наконец она пришла к здравому выводу, что он сам выберет свой путь, а она сможет дать ему все возможное и невозможное если сама достигнет величия. Она опустила руку в воду, словно передавая свои мысли воде. Я чувствовала как от холода у нее начинает ломить пальцы, но она удерживала руку столько, сколько могла терпеть, стремясь слиться с источником и породившей его скалой, а потом, зачерпнув пригоршню воды, шепнула свое желание - перестать быть пешкой в чужих играх, и стать игроком, который двигает фигуры - и мелкими глотками стала пить воду. Это случилось с последним глотком. У нее вдруг сложились в мозгу все паззлы, крутившиеся последние дни, срослись все нейронный связи, вспышкой света осветив все, чего она до этого не понимала. Она поняла, что мы знаем все об их торговых соглашениях. Что Каину не нужны их деньги, а нужны и связи. Что он готов вкладывать в них много и очень много, но ему нужны гарантии, прочные как столпы мироздания. Она подошла ко мне, и посмотрела на меня совершенно иным взглядом.
— Мне было откровение - сказала она.