Она моментально подхватилась и бросилась вон из комнаты. Упав во дворе на колени, Линдси разрыдалась, чувствуя себя мерзкой предательницей. Сейчас ей было все равно на то, что жених никогда не был ангелом, что она из-за него попала в эту ситуацию, что ей нравилось целоваться с Коулом. Сейчас Линдси было ужасно стыдно за себя, поэтому она сидела и ревела навзрыд.
Мужчина застыл посередине комнаты, задетый преждевременной сменой настроения Эванс. Возбуждение мигом схлынуло. В голове били барабаны, не подавая ни одной, совершенно ни одной мысли, даже односложной. Алекс протрезвел еще, как только коснулся девичьих губ, но это его не остановило тогда. Коул ощутил, что всецело запутался в своих чувствах и желаниях, а теперь стоял к тому же, будто побитая собака, и не знал, что ему следовало сделать. Развернувшись, мужчина резко выбежал на улицу и быстро приблизился к рыдающей девушке. В принципе, такой финал был предсказуем для Коула. И парень предвидел негатив, связанный с муками девичьей совести, после окончания желанного секса. Втайне он даже очень хотел увидеть эту реакцию, прочувствовать тяжесть опоздавшего раскаяния до капли и мстительно насытиться чужой болью. Но почему-то именно в этот вечер девичья боль не принесла никакого удовлетворения ноющим душевным ранам, а лишь посыпала их крупной солью.
- Линдси.
Та затихла, но осталась сидеть спиной к мужчине.
- Линдси, встань. Я никогда не прошу ни у кого прощения. Я не привык ни за что извиняться. И сейчас не буду.
- Зачем ты здесь тогда? – девушка издала нервный смешок.
- Тебе же нравилось, верно? Ты получала удовольствие, хотела быть со мной. Ну, и ладно. Я проблемы, вообще, не вижу. О чем ты сожалеешь? О минутной слабости? Но ты же просила меня остановиться, верно? Просила, кричала, умоляла, в общем, все то, как ты обычно ведешь себя со мной, когда я становлюсь самим собой.
Линдси моментально вскочила и повернулась обеспокоенным лицом к Алексу. Ожидая найти там насмешку, она видела только холодные рассуждения спокойно стоящего парня, держащего сцепленные кисти за головой. Он неторопливо говорил, сверкая серыми глазами:
- Я не давал тебе возможности оттолкнуть меня, правильно? И тебе пришлось смириться, а организм твой стал испытывать импульсы удовольствия, как тогда, в твоем доме, да?
Алекс усмехнулся, увидев, как быстро покрылась красным цветом Эванс.
- Стало быть, у него, то есть у тебя, не было другого выбора, кроме как ласкаться. Ну, и замечательно. Все довольны. При этом мне жаль, что секс сегодня обломался.
- Какой же ты негодяй! И так хладнокровен. Скорее бы наступила пятница, чтобы никогда больше тебя не видеть! Чтобы забыть весь этот кошмар и твои псевдо умные изречения! – в сердцах воскликнула Линдси.
- Так и будет, моя милая, так и будет, - мужчина откровенно смеялся над вспылившей спутницей. – И да, конечно, я – негодяй. Всегда им был и планирую оставаться дальше таким же! Очень удобно быть в своей коже, знаешь?
Серые глаза сузились, превращаясь в щелочки, а взор вдруг скользнул вниз и остался там, вынудив Эванс вспомнить о том, что ее блузка разделена на две части, открыв лифчик для обзора. Встрепенувшись, девушка проскочила в дом, где ловко залетела в ванную комнату и закрылась. Следующий час ей удалось спокойно провести в обжигающе горячей воде и белоснежной пене. Линдси с наслаждением смывала с себя всю дневную грязь, жалея лишь о том, что придется завтра ехать в пиджаке на голое тело. Погода в среду явно должна была остаться такой же жаркой, как и во вторник.
Когда, наконец, Эванс покинула ванну, ее настроение изменилось на легкое и доброе. Девушке хотелось почему-то пританцовывать в такт играющей по радио, стоявшему на кухне, мелодии. Бормоча себе мотив под нос, она неторопливо зашла в спальню. Верхний свет был включен, но на одной из кроватей уже разлегся в полный рост Алекс, не посчитав нужным снять покрывало. Услышав стук двери, мужчина напрягся и тут же подскочил.
- А, это ты, - он окинул ее пренебрежительным взглядом. – Снова в полотенце? Тебе нравится ставить себя в дурацкое положение, верно?
Коул встал напротив девушки, обнимавшей себя обеими руками в надежде на то, что от волнения полотенце не свалится, и быстро стянул с себя майку. Линдси невольно уставилась на широкую загорелую грудь, по которой красиво разрастались золотистые волоски, переходя в одинокую полоску вплоть до пупка, а потом спускаясь ниже и скрываясь в брюках. Алекс увидел, как небольшие женские ушки заполыхали красным, и насмешливо хмыкнул.
- Что, нравлюсь? – он коснулся влажного голого плеча и положил на него ладонь. – Ты тоже ничего так. Может, секс еще в силе?