На самом деле, Эванс ощущала стыд. Ей было очень неловко из-за всех, и каждого в особенности, поцелуев с сидящим рядом мужчиной. До потери сознания Линдси хотелось вычеркнуть эти сцены из прошлого, пасть на колени перед возлюбленным женихом и покаяться во всех грехах. А еще лучше было бы сделать лоботомию или провалиться сквозь землю в буквальном смысле этого слова. Но девушка прекрасно понимала, что Купер не простил бы ей этого, в частности хотя бы такой момент, что она увлеклась человеком, выбивающим долги жесткими и садистскими способами. На этом моменте Линдси озабоченно нахмурила лоб: неужели она действительно увлеклась этим жестоким коллектором?
Пара ехала мимо Спрингфилда, расположенного в штате Вирджиния, по мемориальному автобану имени Генри Ширли и проходила восьмиобразную дорожную развязку на фоне 169-ой мили, когда, лениво потянувшись, Алекс произнес:
- Уже два часа едем, я проголодался. Сейчас полоса справа освободится после мостов, сверни туда.
- Ты вновь взял в свои руки бразды правления? – грустно ответила Линдси и едва не зацепила вылетевшую с правого бока тачку.
Водитель красного «Бентли» несколько раз посигналил и постарался исчезнуть между другими двигающимися через сложную развязку машинами. Алекс мгновенно оскалился, а его рука потянулась к бардачку, где лежал револьвер.
- Справа обгоняют только идиоты, прими-ка правее!
- Ты чего? – девушка испугалась, съежившись. – Не стоит, брось. Все же хорошо, обошлось ведь.
- Когда я голоден – для меня всё всегда очень плохо.
Коул расправил широкие плечи и зловеще взглянул на спутницу, по коже которой моментально прокатилась неприятная дрожь. А парень вновь коснулся ранения, отозвавшегося болью по всем нервным клеткам в один миг. Спустя десять минут парочка, как ни в чем не бывало, стояла под деревьями возле обочины и жадно поедала только что сделанные бутерброды. Закончив с обедом и сложив мусор в багажник, Эванс вдохнула в себя аромат весенней листвы. Девушка подняла голову к небу, и на миловидном лице засияла радостная улыбка.
- Слушай, детка, - резко придавил расслабленную Линдси к стволу высокого дерева Коул, положив руку тут же ей на ребра, - а тебе очень идёт это розовое платье.
Алекс откровенно соскучился по нервным женским вспышкам – спокойная и даже, пожалуй, дружелюбная атмосфера убивала его. Он хотел насладиться девичьим испугом, ее растерянностью с проблесками тревоги, поэтому закрыл всем телом от дороги, нависнув. Линдси же нуждалась в повторении фразы, будучи отвлеченной от происходящего рассматриванием небесной голубизны за минуту до этого. Она только привычно покраснела от наглых мужских действий и скинула с себя чужую ладонь.
- Если ты поел, то нам лучше…
Наткнувшись на вопросительный взгляд серых глаз, Линдси вдруг провалилась в них и совершенно забыла о недосказанной фразе. Она провела руками по волосам, заметно занервничав, и облизала ставшие сухими губы. Она будто опять оказалась в магнетическом круге. Эванс пыталась заставить себя думать о Купере, но стоя под Алексом, будто перед защищавшей от внешнего мира стеной, она не могла. Резко втянув в себя воздух, Линдси поймала запах тела мужчины, смешанный с возбуждением, алкоголем и духами, и издала нервный всхлип. Казалось, под ногами должна была разойтись земля, но девушка явственно поняла, что мечтает об очередном поцелуе с рослым парнем.
Тот склонил голову и неторопливо приблизился губами к шее. Линдси прикрыла глаза, но мужчина лишь слегка провел по коже языком, заставив спутницу откровенно охнуть и поддаться вперед, подавая очевидный знак о своих желаниях. Алекс согласно кивнул и положил обе ладони на девичьи бедра, обжигая касанием.
- Зачем тебе это надо? – совладала с собой девушка, едва слышно произнеся слова.
- Хочу удовлетворить свою похоть. Что здесь может быть непонятного?
Алекс получил сильный тычок в живот и расхохотался, послушно отступив назад. Мгновенно заныла рана, но мужчина, полчаса назад принявший обезболивающее, предпочел не обратить на это внимание, следя за гневной девичьей реакцией.