— А, черт, — шиплю от боли.
Быстро умываюсь и причесываюсь. На мне шелковая пижама Келли. Бог с ней. Мне надо увидеть его.
Сбегаю по лесенкам, и моему взору открывается самая прекрасная картина. За столом на кухне сидит Джон с Лео на руках. Малыш бьет ложкой по столу, изображая какой-то музыкальный бит. Джон кивает головой ему в такт. В это время Келли тихо поет песню на неизвестном мне языке, стоя спиной к ним, покачивает бедрами и при этом моет посуду.
Но это не он…
— Доброе утро, — хрипло говорю я. — Вы, ребята, как семья из хорошего романа.
Присаживаюсь рядом с Джоном. Он обнимает меня за плечи и целует в висок.
— Привет. Как ты? — он скользит по мне смущенным и взволнованным взглядом.
— Думаю, мой вид говорит сам за себя. Во сколько твой вылет? — не думала, что нам придется прощаться при таких обстоятельствах.
— Мне уже пора в аэропорт, — вздыхает. — Могу я надеяться, что ты будешь звонить? — Лео обхватывает лицо Джона и прикусывает подбородок. — Малыш, да ты грызун.
Джон смеется и кривит ему рожицу. Он потрясающий человек. Мужчина. Возможно, когда-нибудь, отец…
Келли забирает Лео и нежно прикасается к руке Джона. Честное слово, я вижу, как их прошибает ток. Вздрогнув, они отходят друг от друга.
— Я позабочусь о ней, Джон. Всего хорошего, — слишком грустно выходит у Келли.
Странно.
— Я всегда на связи, — целует ее в щеку, задерживается на мгновение и переводит взгляд на меня.
Мы выходим на улицу, Джон все еще держит руку на моем плече.
— Я не раздевал тебя, только отнес в кровать. Так странно видеть, как девушка моего брата, свернувшись в клубок, спит в машине… Я хочу сказать, не давай этому придурку спуска. Пни его под задницу. Он придет, — держит меня за руку.
— Спасибо тебе, — одинокая слеза скатывается по моей щеке. — Мне так будет не хватать тебя.
Джон обнимает меня и на мгновение замирает. Его взгляд направлен на окна второго этажа.
— Мы не прощаемся, Ди. Никогда, — проводит рукой по волосам и трясет головой, будто стряхивая с себя воспоминания.
— Никогда, — шепчу я, когда его машина исчезает из вида.
Глава 26
Кейн
Я ничего не чувствую. Весь словно в оцепенении. Ощущаю только, как мышцы моего тела невыносимо ноют, а сердце грохочет в груди. Я взбешен и в то же время спокоен. Для меня абсолютно новое и не испробованное ощущение. Но я понимаю, что время действия этой анестезии скоро закончится.
Мой гнев все не утихает. Возможно, то, что я наломал дров и разорвал в клочья наши с Ди отношения, на какое-то время спустило мой пар. И сейчас мне на*рать. Но это еще не конец. Мои кулаки зудят от желания намылить самодовольную рожу того ублюдка.
Чуть позже я доберусь до него.
Сегодня вечером впервые за долгое время я еду не к Джону, а к себе домой. Наверное, было бы легче поехать к брату и излить ему свою израненную, в который раз, душу. Но я принимаю решение, что пришло время разбираться во всем этом самому без посторонней помощи. За эти два года я изменился, поэтому сворачиваю байк туда, где никто меня не ждет — в сторону своего дома.
Дом…
Находясь в этом месте, я никогда не ощущал там домашнего уюта и тепла.
Не торопясь, подхожу к крыльцу, ключи звенят в моей руке. Я не был здесь с тех пор, как Джон разрешил пожить у него и привести в порядок свой сумбурный образ жизни.
Собственно, именно в тот день я впервые увидел Дилан и даже предположить не мог, что именно та встреча многое изменит во мне.
Открываю дверь.
Все по-прежнему. Берлога неудачника — Кейна Коулмена. Охренеть! Я сам себе только что признался в этом. Но не в моих правилах киснуть и вести себя, как плаксивая баба.
Бросаю ключи на столик, отскакивая, они летят мимо и с лязгом приземляются на пол. К черту все!
Уверенным шагом направляюсь в сторону кухни. Там всегда припрятана бутылка верного «Джека» на случай проблем и неурядиц. Сейчас именно тот самый случай. Мне необходимо напиться — это единственное, что сможет отвлечь меня от мыслей, застрявших в моей голове. Мыслей о ней. О нас, в конце концов.
Черт, Ди! Как ты могла?
Или не уж-то я такой «везунчик», постоянно позволяющий макать себя в очередное любовное дерьмо?
А вот и нет. Хрен ей! Я не позволю. Ни ей, ни ему.
Мои ладони сжимаются в кулаки, когда я вспоминаю «совместный» ужин с Ди и его дальнейшие последствия.
Она не знает, что сегодняшний вечер был для меня очень важен. Я собирался ей признаться в своих чувствах. Наедине. Черт... Я много об этом думал, перебирал воспоминания, сравнивал. Я переступил через своенравное эго, чтобы она, наконец, смогла услышать эти слова.