***
Завершения дежурства Глеб ждал как манны небесной, но менять их с вахты никто не спешил. Сменщики, видимо, загуляли в столице вместе с бароном, и как быть? Спустишь дело на тормозах, сядут на шею, да и вообще было интересно, сколько вассалов у барона, ведь наверняка больше четырёх? Почему тогда он тянет лямку неделю, а остальные по сколько дней? Нужно навести справки, а то так можно клеймо терпилы заработать, а оно ему не упёрлось.
***
Смены прождали ещё четыре дня. Выкатили претензию сменяющему их баронету, но тот говорит, что выходит в соотвествии с графиком, а меняет он обычно другого баронета, видимо решившего, что самому молодому из них будет незазорно подежурить лишку.
Заехав в баронский замок, Сполох предстал пред светлы очи сюзерена.
— А, баронет… Рад видеть. Как дежурство?
— Меня должны были сменить четыре дня назад, но я отдежурил и чужую смену. Следую смену я не выхожу, пусть дежурит тот, кто прогулял.
— Это ты решил?
Глеб ухмыльнулся.
— А кто ещё? Я что, в терпилы записывался? Все дежурят по четыре дня, а я семь, и ещё за того парня.
— Обиделся как маленький? — поинтересовался барон. — У меня люди десятками лет лямку тянут и не скулят, а ты ещё службы не нюхал…
— Какая в @ служба? Сами себя охраняем, только видимость создаём…
Джеб барона Глеб даже не увидел, только боль в разбитом носу, выступили из глаз слёзы, тепло хлынувшей крови и лютая ярость.
— Я… — начал говорить барон и рухнул подкошенным деревом от воздушного кулака.
— Бу-у-унт! — кто-то проорал сзади, и Глеб ушёл в невидимость, убирая в хранилище и близнецов, и барона.
На поднятый шум прибежала четверка магов.
— Где бунт? — растеряно спросил один из.
— Я видел своими глазами. Новенький баронет сбил с ног барона. — пролепетал слуга.
Маги строем направились на поиски в донжон, а слуга неспешно подбежал к месту, где натекло крови и тоже отправился в хранилище.
Протерев с камней кровь, Сполох задумался, а что делать дальше? Для чего была нужна эта провокация? У него хотят отжать деревню с новыми домами? Пошёл навстречу с кристаллами и омоложением, значит, мягкотелый и можно расширить границы дозволенного, а он всё схавает и утрётся? Они тут вообще думают, что раз сюзерен, то может творить, что хочет? Раба нашёл?
Глеб сам себя не узнавал, но сейчас ему хотелось выкинуть этого охеревшего клоуна, который мнит себя крутым воякой, просто в космос, ну или порубить его на куски. Он знал, что минут через двадцать остынет, но КАКОГО ХРЕНА!!!
Озадаченные маги вышли из донжона, видимо, никого не найдя, а поскольку слуги тоже нет, то спросить о поднятой панике не с кого, и что они сделают? Постоят и пойдут в свои комнаты ибо зима, и на улице лишний раз морозить нос и уши дураков нет.
***
Проводив взглядом бойцов магического фронта, Сполох зашёл в донжон и поднялся к покоям баронессы. Постучав в дверь, он дождался, когда она откроется, и увидел девушку-служанку.
— Проходите, ваша милость. — проговорила она, и Глеб вошёл в большую комнату.
Баронесса стояла у окна, пытаясь что-то рассмотреть через мутные стёкла витража. В комнате горел камин, но было прохладно, и даже одетые в пуховые кофты дамы чувствовали себя не особо комфортно.
— Баронесса. — Глеб поприветствовал хозяйку офицерским поклоном.
— Баронет? Я не буду спрашивать, почему вы в крови, охрана меня уже просветила…
— Я всё же отвечу… — перебил её Глеб. — Ваш муж посмел меня ударить. Поэтому я пришёл узнать, в каком виде вам его вернуть, с отрезанной головой или отрезанными руками. — Глеб опять начал заводиться.
— Решайте сами. После того, как вы одарили его горой кристаллов, при этом невольно унизив, он сам не свой. Раньше он охотно помогал мне в служении остаткам моего народа, но после того, как на него пролился золотой дождь, он перестал походить на себя прежнего. Знаете, чем он занимался в столице? Искал способ справиться с более сильным магом. Вы в своём искусстве унизили его, и принять этого он не мог. Он купил новых боевых плетений, отрабатывал их с остервенением, а потом ещё навестил своего друга во дворце для консультации. После этого ходил по рабочим кварталам и бил морды.
— Он что, готовился против меня? — недоумённо поинтересовался Глеб.
— Конечно! Посудите сами, вы более талантливы и одарены. Вы играючи строите дома и посещаете иные миры, вы с лёгкостью возвращаете женщинам молодость и вынашиваете планы заселить свою планету. Как вы думаете, что будет ощущать человек, который считал себя альфой в этой дыре?