— Они напуганы, однако делают вид, что их это не касается. Молчат и не вдаются в подробности, лишь ограничились местом убийства, — Джозеф говорил, всматриваясь в лица прохожих. — Надо самим выяснить, в чем дело. Сдается случай явно не из будничных.
Ник обратил внимание на всеобщую обстановку: люди пугливо оглядываются, шепчутся. Слышны обрывки бессвязной речи. Солнечное морозное утро ярко граничило с траурной вуалью города. По пути к мостовой Ник резко сорвался с места и, перемахнув через бордюр, внимательно осмотрел мерзлую землю.
— Джозеф, это оборотень! Посмотри на следы, — Ник так был увлечен своей наблюдательностью, что не замечал всей серьезности на лице вожака.
— Здесь были наши ребята, — скрестив руки, Джозеф облокотился на выщербленную стену. — Но дальше они не двинулись, и могу предположить вернулись сразу, как нашли тела. Мы можем пойти далее и дополнить их находку более конкретными фактами.
— Тогда предлагаю наведаться в городской морг, — Ник продолжал осмотр места и тут его словно парализовало. Что это?.. Что-то до боли знакомое… — Пошли. Не будем терять времени.
Они отправились в морг, и Николас предложил самый кратчайший туда путь. Дорога пролегала по улице Скарсок, представлявшей собой настолько забытый Богом уголок, что случайно забредшей сюда душе хватило бы и пары минут, дабы вспомнить о том, как прекрасна жизнь. Бездорожье улицы покрывала замерзшая грязь, создавая бугры от чего передвигаться, было очень трудно. Пустынные переулки и заброшенные дома, добавляли атмосферу улице. Казалось, вот-вот сквозь забитые окна послышится чей-то пронзительный крик или плач. Николас вспоминал как в детстве мама пугала его улицей Призраков, на что Лилиан всегда смеялась. Запасной выход морга выходил как раз таки в подходящем месте.
«А ничего собственно и не изменилось с последнего визита» — оглядывая все те же, накрытые брезентом бочки, подумал Ник. Направившись к чуть покосившейся двери, парень потянул за ручку, но дверь не открылась.
— Видимо ты частенько здесь бывал, однако последние изменения ты не застал, — усмехнулся Джозеф.
Парень, приподняв бровь, проследил за вожаком. Тот, свернув за угол некогда бывшего склада, позвал Ника:
— Ты не один знаешь короткие пути.
— Они сменили запасной выход? — пробираясь сквозь оборванные тряпки, спросил Николас. — Здесь раньше склад был.
— Нет, он остался, как и был. Просто этот вход Вэйлот оставил для нас. Сам понимаешь, мы не обычные клиенты, — подмигнул Джозеф.
Проходя мимо стеллажей с банками, Ник заметил в них органы, да и не только… Наконец выбравшись из темного коридорчика, напичканного разнообразием человеческого наполнения, они вышли в освещенную часть здания. И снова резкий контраст: чисто, светло и даже специфический запах отсутствовал. Ник принюхался и снова его ноздрей достиг едва уловимый знакомый запах.
К ним вышел невысокий человек в заляпанном, кровавыми пятнами, халате и… «Ну, что не поменялось так это привычки Вэйлота», — прикрыл улыбку Ник. Вэйлот — мужчина средних лет и с весьма странными вкусами. А именно странность заключалась в его желании утолять голод в присутствии своих не живых «друзей». Вот и сейчас в руках красовался царь бутербродов — огромный кусок хлеба с ветчиной и сыром. Увидев посетителей, Вэйлот остолбенел.
— Фесфятые ухоники …Николаф!! — голос прозвучал глухо, утопая в содержимом рта. После столь горячего восклицания, последовали не менее горячие объятья. — Ты жив! Жив! Где пропадал? Я знал, что ты жив… Какое облегчение…
— Конечно, жив, — Джозеф вышел немного вперед. — Если к тебе не попал, значит живой.
— О, Джозеф, — отпустив Ника, Вэл пожимая руку мужчине, заулыбался. — Значит вот, где пропал мой любимый мастер. Я рад, что он попал в надежные руки. Так, ладно, лирику опустим и перейдем к делу. То, что вы увидите довольно интересно.
Глава 3
— Вот полюбуйтесь, — откинув покрывало с первого трупа. — Повреждения у обоих одинаковые: перелом шеи, пустая оболочка, органы из тел извлечены достаточно аккуратно, несмотря на рваные раны от когтей. Но меня интересуют вот эти знаки и…
Николас уже не слышал, о чем говорил Вэйлот. То, что он увидел, приковало его к полу. Первая жертва оказалась девушкой с татуировкой распустившейся розы на запястье. Девушка из дома мадам Розмарии… Роуз. Его веселый солнечный лучик Роуз… Ник стоял и смотрел на ее изуродованное тело, а мозг неистово отрицал увиденное. Сжав до боли кулаки, он старался изо всех сил не давать воли чувствам и не закричать от раздирающей боли.