На поляне показалась тень — слишком маленькая для того, чтобы принадлежать существу мужского пола. Роланд, наблюдая за гостем с высоты своего внушительного роста, немного расслабился. Кто бы это ни был, он, вряд ли сможет причинить серьезный вред. Зато Роланд одним ловким движением может оставить от незваного гостя лишь мокрое пятно — не зря он считался лучшим в деле метания ножей на любое расстояние.
— Ты кто, твою мать? — Роланд старался говорить спокойно, но ярость внутри закипала. Никто не имел права вторгаться в его личное пространство, нарушая покой.
Тишина давила — кто бы это ни был, он не торопился раскрывать свою личность, и это выводило из себя неимоверно.
— Сейчас я метну нож точно тебе в горло. Вот, когда сдохнешь, я и узнаю, кто же это решил нанести визит.
Странный звук, похожий на всхлип, удивил Роланда и немного остудил пыл.
— Ты что? Ревешь, что ли? — Окончательно сбитый с толку, Роланд переложил нож в другую руку и начал медленно приближаться к тому, кто стоял перед ним в ночи, не спешащий выходить на свет.
Подойдя к ночному гостю на расстояние вытянутой руки, Роланд понял, что только лишь один человек из его окружения был настолько низкого роста, что лишь доставал парню до середины груди. Не веря своим догадкам, боясь в них поверить, Роланд чуть слышно вздохнул. Предательское сердце заколотилось в ключицу, словно пойманная птица.
— Марта, это ты? — тихо спросил, неуверенно протянув руку. Больше всего на свете он хотел сейчас дотронуться до ее шелковых волос. Иногда он думал, что было, если бы Марта выбрала его, а не этого заносчивого Айса. Наверное, он ненавидел бы того чуть меньше.
Девушка снова всхлипнула, чуть приблизившись, и Роланд почувствовал сладковатый запах ее волос. В этом запахе для него было сосредоточено все, что он любил в этом мире.
— Почему ты плачешь? — тихим голосом спросил он. — И зачем ты пришла? Я не знаю, каким чудом я тебя к дереву не пригвоздил. Нельзя же быть настолько неосторожной. О чем ты только думала? Знаешь же, на какие импульсные и странные поступки я способен, особенно, когда держу в руках оружие.
Роланд не увидел, но почувствовал ее улыбку. Ту улыбку, ради которой он каждое утро просыпался. И в мечте, о которой засыпал.
— Я не знаю, зачем пришла, — чуть слышно сказала она, и этот голос, словно мед, растекся по его жилам. Он так любил ее, так невыносимо сильно любил.
Втянув воздух сквозь стиснутые зубы, Роланд резко развернулся на пятках и зашагал обратно к костру — уже практически затухшему. Присев, взял палку и яростно принялся ворошить угли. Искры разлетались по сторонам — умирая, они озаряли напоследок тьму. Он не знал, что это все значит и не хотел об этом думать. Она пришла к нему — ночью, одна. С одной стороны, о чем еще мечтать? А с другой, какого черта она удумала? Ведь еще вчера даже не хотела на него смотреть, растворяясь в своем ненаглядном Айсе, даже не догадываясь, сколько боли этим Роланду причиняет. А, может, и догадывалась, только усиленно делала вид, что Роланда в ее мире не существует. В любом случае, у нее не было причин приходить сюда ночью.
Снова шорохи за спиной. Ее тихие, почти невесомые шаги неотвратимо приближались, но он старался не обращать на них внимания: пусть Марта сама подходит и объясняет, что ей здесь понадобилось посреди ночи. Не хватало еще хлопотать вокруг нее, пусть другие хлопочут — Роланд выше этого, несмотря на разорванное на части сердце от любви к этой миниатюрной девушке с огромными глазами.
Марта подошла совсем близко и присела рядом. У Роланда закружилась голова, и будь он физически слабее, точно бы упал в обморок, обуреваемый всеми теми чувствами, что всколыхнулись в душе этой ночью. Марта тоже хранила молчание, думая о чем-то, о чем Роланд даже не догадывался.
— Что ты тут делаешь? — все-таки он не выдержал первым. Тишина слишком тяготила. Молчать Роланд предпочитал в одиночестве. — Зачем пришла? Не спится?
Марта молчала и только смотрела на огонь, который стараниями Роланда разгорелся с новой силой, да так ярко, что, глядя на него долго, можно ослепнуть. Но Марта, кажется, совсем не боялась. Или ей лучше ослепнуть, чем посмотреть на того, кто сидит рядом?
— Марта, не молчи! Или говори, что тебе от меня нужно, или проваливай ко всем чертям. Что я тебе личный психолог, чтобы выслушивать твои вздохи?
— Роланд, не кричи. — Тихий, печальный голос, словно нож, разрезает его сердце на сотни маленьких кусочков.
— Вы с Айсом поругались, что ли? — Он окинул ее быстрым взглядом. — Если надеешься, что я буду тебя утешать и придумывать, как с ним помириться, то ты пришла не по адресу. Для этих целей у тебя Джонни есть.