Выбрать главу

— Родной, брось эти тщетные попытки, — вступила в диалог женщина, в упор уставившись на своего мужа. — Ты уже давно должен был понять, что твой отец поступает только из собственных интересов.

— Началось, — пробубнил под нос с тяжелым вздохом наследник и залпом допил квас из своего кубка, жестом подозвав к себе ближайшего слугу.

— Маш, не начинай, — наконец мужчина поднял взгляд на жену. — Мы же обедаем. Всей семьей.

— Отнеси обед ко мне в спальню, — негромко проговорил на чужое ухо Константин и услышал слова отца, на что парень нервно посмеялся. — О, нет, такой обед я не хочу. Мам, пап, приятного аппетита, я пошел, — махнув рукой, он встал из-за стола и поспешил к выходу из столовой, скрывшейся за двойными дверями.

— Кот, вернись за стол! — вспылила Мария, но было уже поздно.

Тяжело вздохнув в очередной раз, парень размял шею, покрутив головой, и направился к себе. Он все меньше хотел проводить время со своими родителями, чтобы не слушать их очередную ругань, потому что никак не мог понять, из-за чего мать вообще взъелась на главу клана. «Что он успел натворить?» – подумал про себя наследник и плюхнулся на кровать, раскинув в стороны крылья с руками и закрыв глаза. После таких моментов ему всегда начинает казаться, что быть обычным флийезом намного лучше и легче, чем родиться наследником клана. На тихий стук в дверь Константин отреагировал как обычно:

— Ага, — проговорил он и, не думая даже открывать глаз. — Оставь где обычно, — парень лениво поднял руку и махнул приблизительно в сторону невысокого прямоугольного столика, сделанного из темного дерева. — Захар, отец говорил что-нибудь про хранителя?

— Я Варвара, — тихо, почти неслышно ответил ему уже знакомый женский голос, после которого Константин рывком сел на кровати и уставился на новенькую служанку.

— Что ты здесь забыла?

— Я принесла Ваш обед, молодой господин.

— Я сказал это сделать Захару. Почему здесь ты?

— Я... не знаю. Мне сказали принести, и я принесла.

— Ты настолько наивная?

— Что, простите?

— Оставь поднос, — Константин похлопал по кровати рядом с собой, приглашая служанку сесть, но та неверно истолковала жест и, поставив поднос с обедом на столик, направилась к выходу. — Куда ты?

— Вы же сами сказали, чтобы я ушла, — Варвара остановилась, держа дверную ручку, и в смятении смотрела на собеседника.

— Я сказал оставить поднос. Святое Небо, иди сюда. Ты совсем глупая?

Поджав губы, девушка отпустила дверную ручку и нерешительно подошла к наследнику, встав прямо перед ним, не решаясь поднять на него взгляд. Насмешливо усмехнувшись, Константин взял ее за запястье и посадил рядом с собой на кровать, начав ту внимательно разглядывать.

— Ты... обычная.

— Простите.

— Да за что ты извиняешься? Я не сказал, что это плохо.

— Но Вы произнесли так, словно огорчены этим.

— Мне все равно, — хохотнул Константин. — Кто тебе дал работу?

— Господин Князь, — озадаченно ответила служанка и вопросительно посмотрела на молодого господина.

— Именно лично он?

— Да, — кивнула она, все еще пребывая в растерянности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Очень странно. Почему вдруг он сам дал тебе работу? Ты уверена, что не через доверенного? Если ты мне врешь...

— Я не вру! — Варвара вскочила на ноги, повернувшись всем телом к Константину.

— Сядь.

— Простите, молодой господин, мне надо работать, — девушка поклонилась и поспешила уйти из спальни, тихо закрыв за собой дверь и оставляя наследника наедине со своими догадками, которому только и оставалось смотреть на закрытую дверь.

***

Звон стали, разносившийся по округе, привлекал внимание любознаек[3] на соседних островах, но Константин был полностью поглощен поединком со своим наставником, проводимым на тренировочном острове. Этот остров отличался от остальных тем, что по всей его границе была поставлена изгородь – прясло[4], чтобы никто случайно не свалился в океан, на самой территории расставлены мишени для лучников и соломенные чучела, обвязанные бечевками, которые сейчас стояли вдоль изгороди. Наследник старался отбивать очередные выпады ятагана наставницы, но вновь его рассеянность позволила лишь увернуться и по счастливой случайности не получить ранение.