Прибежав к пробоине, они увидели дрожащую Клем, рядом с которой лежал разбитый планшет. К ней подбежал Гришка, схватив ее за плечи, спросил:
– Что случилось? Клем, что такое?
Она не могла ничего сказать. Ее нижняя челюсть дрожала, отбивая ритм польки.
– Почему ты кричала? Что ты видела? – сказал мальчик, пытаясь понять причину испуга девочки.
Она молча подняла голову, указав на стену колеблющейся рукой. Гриша повернулся и увидел там кровавый отпечаток руки, оставленный невидимым гостем.
Банальный с интересом подошел к стене. Коснувшись отпечатка, он сказал:
– Кровь еще свежая, здесь кто-то недавно был. И мне не кажется, что среди нас завелся шутник.
Когда Клементайн пришла в чувства, то она заявила:
– Обычная кровь. Ничего страшного. Просто это неожиданно было, вот и все.
Мальчики переглянулись с недоумением, они и не пытались пошутить над ней. Все молчали, однако Банальный решил разрядить напряжение в воздухе, спросив у девочки нейтральный вопрос:
– Что удалось узнать о пробоине?
Подзабыв о недавнем происшествии, Клем взяла себя в руки и ответила:
– Такую большую дыру пробить с обычной лучевой винтовки невозможно, нужно гораздо более мощное вооружение. Я нашла старые доклады пятилетней давности, где указывается про новейшую разработку правительства под названием «Сингулярный Залп», которая может уничтожать авианосцы, работая лишь в пол силы. Произведена ионная бомбарда лишь единожды и была украдена.
– Но как государство допустило пропажу такого чудовища? Кто смог украл ее? – перебил Гришка.
– Капитан Мор. – обрезал Банальный, уводя свой взгляд вдаль.
Когда произносили это имя, в воздухе всегда пахло смертью. Убийственный запал вставал комом у каждого в горле, кто называл его поименно.
– Скорее всего это и была его атака, – заключила девочка, – но почему же никто из экипажа не был убит?
Тут опять встрял Гришка:
– Согласен. Почему он никого не покалечил, если является чистым злом?
На этот вопрос Банальный не смог дать ответа. Возможно, из личных побуждений, возможно, из-за неких обстоятельств. Никто из ныне живущих не знал, что за шахматные партии у героя в черепной коробке. Шах и мат этому королю поставить крайне сложно.
– В общем, понятно, что Капитан Мор напал на корабль, – при упоминании того-кого-нельзя-назвать Славой у всех покосились лица, – но кто же оставил этот отпечаток? Вот в чем вопрос.
– Может сходим узнаем у экипажа? – предложил Гришка, – у них там раненый один был с пяткой, весьма вероятно, что это он и оставил.
Слава тут же нахмурился и пробурчал:
– Что-то я не припоминаю, чтобы след этот был, когда мы вошли.
Герои уже побежали к экипажу, и Славу опять никто не услышал. Он осторожно заковылял к убегающей группе героев, пытаясь не споткнуться об обломки, дабы не растерять свои драгоценные мысли.
В минуту герои успели добежать до персонала воздушного гиганта, когда те уже садились на звездолет скорой помощи. Капитан воздушного крейсера шагнул на ступень звездолета, но его сзади окрикнул Гришка. Капитан остановился на ступеньке, ожидая слов взъерошенного мальчика. Тогда Гриша спросил:
– Господин капитан, вы и ваш отряд случайно не видели никакой крови у пробоины шаттла?
Воздушного моряка несколько смутило такое странное обращение мальчика, но он незамедлительно ответил:
– Да нет, не видел, только испорченный обед на полу разлегся, а так ничего не ви…
– Иди, старик! – капитана толкнул в звездолет юнга, прервав разговор с мальчиком, – Ник тут кровью залил все, нужно быстрее его в больницу доставить.
Юнга держал плечом обессилевшего матроса, который истекал кровью из пятки с торчащим буравчиком. Он хитро взглянул на героев и сказал:
– Вы тут про кровь внутри корабля говорите? Так это Ник, болван, испачкал, когда прыгал на одной ноге в горящем судне. Слушай, Ник, покажи руку гостям, не стесняйся.
Раненый достал из рукава правую руку, на которой и правда было много крови. Даже по размеру она походила на найденный отпечаток.
Юнга с Ником зашли в звездолет, а после и весь экипаж погрузился. Группа героев отошла, чтобы транспорт мог нормально взлететь. Поднявшись на нужную высоту, звездолет скрылся в непреодолимой тишине, оставляя героев в недоумении.
– И что теперь делать? – сказал Гриша и присел на бугристый камень, – след оставил всего лишь член экипажа, но запутанности делу это придало еще больше.
– Как бы Григорий не хотел играть в блестящего детектива, но здесь я с ним полностью согласна, – заявила о своей значимой позиции Клементайн.