Мери, конечно же, попыталась отказаться от денег, аргументируя, что мама отца и тёти ей бабушкой была только номинально, ничего ей была не должна, что-то перепутала, и наверняка имела в виду дочь, а не внучку. Но Эмилия настояла, что «перепутать» её мама ничего не могла, и Мэри должна думать ни о том, что не заслуживает этого, а о том, как распорядиться полученной суммой.
К этому времени девушка только получила диплом, официально устроилась на полную ставку в аптеке, в которой подрабатывала с четвёртого курса, и обязана была выселиться из общежития, а её тетушка поняла, что не может после разрыва продолжать спокойно жить в квартире, которую для неё подобрал Сергей.
Таким образом, каждая из них получила в наследство кругленькую сумму и нуждалась в собственном жилье. Вместе их денег хватало на студию или однокомнатную квартиру, но тогда бы снова кому-то пришлось спать на кухне, поэтому было решено влезть в ипотеку.
У Эмилии имелись собственные накопления, да и от квартиры, в которой она выросла и жила с мамой, ей досталось больше, чем получила племянница, поэтому Мэри категорично заявила, что ипотеку нужно брать ей, чтобы было честно.
- Я уже взрослая, - сказала она тёте Миле. - Хватит твоей добротой пользоваться.
В этом вопросе её поддержали мама и дядя Боря, уверенные, что в авантюру Мэри не ввяжется. Да и Эмилия хоть и не сомневалась в том, что племянница не бросит платить ипотеку и не лишит их обеих жилья, была готова помогать с ежемесячными взносами, если возникнут трудности.
Вот и получилось, что за квартиру они заплатили поровну, а ремонтные работы и мебель оплатила старшая их них. Но такие подробности Эмилия Сергею рассказывать не стала, а только повторила, пока они поднимались в лифте, что квартира общая, и жить вдвоём с племянницей ей страшно нравится.
А когда они вышли на четвёртом этаже, то произошла заминка.
На ручке двери квартиры висел пакет, из которого торчал букет тюльпанов.
При ближайшем осмотре, выяснилось, что это ни один букет, а два скромных букетика, под которыми на дне пакета находился знакомый контейнер с двумя яблоками внутри.
- И часто у вас такое бывает? - спросил Сергей, вслед за Эмилией зайдя в квартиру.
- Первый раз, - объяснила она. - Благодарность от накормленного соседа.
Только Эмилия могла почти полчаса проводить экскурсию по двухкомнатной квартире, с учётом того, что в комнату племянницы она мужчину не пустила, а лишь позволила заглянуть и увидеть метраж и цвет обоев. Она рассказала о том, как долго они с Мэри не могли определиться с цветом керамической плитки для ванны и туалета. Всё решил случай, когда выбирая в магазине между двумя оставшимися фаворитами, прямо у них на глазах потный мужчина с бегающими глазками и спутницей, называющей его протяжным Ма-а-асик, купил один из вариантов.
- … вот мы и взяли второй вариант, ведь с «Масиком» у нас вкусы определённо разные.
Потом была история о том, как разговорчивый сборщик кухни посоветовал им магазин, где они недорого купили различный текстиль для своих комнат и кухни. А под конец Сергей узнал, что вешал люстры и заменял розетки в квартире специалист из службы «Муж на час».
- Обычно для таких мелочей есть друзья, соседи, добрые коллеги, - перечислил он. - И мужчины, всегда готовые броситься на помощь объекту своих ухаживаний.
- У нас мужчин нет, - без каких-то намёков ответила Эмилия.
- Ушла в работу и домашние хлопоты с головой, не осталось времени на личную жизнь, - судя по интонации, похвалил мужчина. - У меня тоже маршрут простой: дом-работа-дом.
- Не прибедняйся, Серёжа! - рассмеялась женщина. - По субботам в ресторанах ужинаешь, после работы в кофейню захаживаешь и старых знакомых подвозишь.
- Тогда ты тоже на себя не наговаривай, - подыграл Сергей. - Какая из тебя старая, да ещё и всего лишь знакомая?
После обмена любезностями Эмилия предложила ему на выбор кофе с бутербродами или пару оставшихся фаршированных перцев. Она была уверена, что он либо откажется и попрощается, либо останется только на несколько минут, которые потребуется на то, чтобы угоститься кофе, но он вымыл руки, расстегнул пуговицу на воротнике красивого свитера орехового цвета и сел за стол, ожидая, когда микроволновка просигналит, что перцы разогреты. Короче, устроился основательно, будто к ужину его Светлана не ждёт.