Именно румян сегодня Мэри и не хватало. Бледная и с двумя сплетенными на ходу тёмными косичками она была похожа на мрачную девочку из семейки Адамс.
- Прив…ой! Ты себя нормально чувствуешь? - встретила её вопросом фармацевт Оля.
- Всё в порядке, спасибо, - ответила девушка, поставившая перед собой цель, как можно быстрее расплатиться по ипотеке, и за всё время работы не бравшая ни отгулов, ни отпусков, ни больничных.
Вернувшись домой, она, исключительно из-за нежелания обидеть приготовившую овощное рагу тётушку, впихнула в себя немного еды и завалилась спать, чтобы проснуться рано утром, чувствуя сильное першение в горле.
Приняв противовирусное и вместо чая заварив себе набор трав, Мэри проводила родственницу и вернулась в постель. К сожалению, к вечеру её состояние только ухудшилось, и обидно было не только из-за слабости организма, но ещё из-за того, что у неё никак не получалось поставить себе определённый диагноз, для которого можно уже выбирать конкретные лекарства из её универсальной аптечки.
Не на шутку обеспокоенная Эмилия поделилась волнением с Костей. (Хорошо, что хоть не стала пугать маму своим звонком!) Тот плюнул на своё намерение не видеться со своей нерешительной дамой сердца до субботы, забрал её вечером пятницы с работы и приехал проведать захворавшую.
- Температуры нет, кашель сухой и редкий, бывает только тогда, когда долго говорит, - сообщила ему Миля, указывая на племянницу, сидевшую с кружкой в кухне, спрятав от неожиданного гостя немытые волосы в капюшоне махрового халата.
- Надеюсь, Айболит здесь как твоя вторая половина, а не как вызванный для меня ветеринар, - недовольно пробурчала девушка.
- Я без пяти минут член семьи, - ответил Костя, недвусмысленно и очень толсто намекнув на свои дальнейшие планы.
Эмилия предпочла этого не заметить и сосредоточилась на том, чем бы вкусным накормить болеющего взрослого ребёнка и любимого мужчину, Мэри отправилась в душ, а Константин был послан в магазин за хлебом.
И в итоге вечер прошёл на позитивной ноте, стоя под душем, Мэри успела устать, но ощущение чистоты и свежести зарядило её положительными эмоциями, и за ужином она обменивалась с Айболитом невинными шуточками на тему его совместного проживания с тётей Милей.
- Позвони и договорись, если не о больничном, то хотя бы об отгуле на денёк, - нервно прервала их плутовские перемигивания Эмилия.
- Мне уже полегчало, - не согласилась племянница.
Утром субботы Мэри ощущала себя достаточно сносно, чтобы выйти на работу. К обеду Айболит дал ей небольшой заряд бодрости, прислав короткое видео молодой мамочки и новорождённых щенков, а лёгкая головная боль проявилась только к концу длинной смены. Девушка рассудила, что её болезнь – это реакция организма на напряжение, в которое она сама себя вогнала переживаниями. Но, видимо, осознания недостаточно для решения проблемы, и воскресным утром она пришла на рабочее место только из-за того, что без предупреждения найти подмену в выходной на полный день проблематично.
Когда это ужасающе длинная смена закончилась, и она на автопилоте добралась до дома, то не стала мучить себя физической нагрузкой и нажала кнопку вызова лифта. Когда раскрылись створки, кто-то вышел, но разбитое состояние вынудило Мэри ещё раньше опустить тяжёлую голову, поэтому она лишь буркнула традиционное «Здравствуйте», и нырнула в коробку лифта, не обратив внимания на ответную реплику, лишь уловил, что это был мужчина.
Следующий два дня Мария Дитриховна провела в постели, пила отвар, ела наваристый бульон с сухариками и купалась в заботе тётушки и Айболита, которые поверив её бормотанию, что молодой организм справится, а больничный будет только лишней морокой, помогли ей к среде вернуться в строй. Маргарита с Никитой тоже дали о себе знать. Одна в телефонном разговоре, а другой в сообщениях – жалуясь, на неуступчивость друг друга, но без предпосылок к расставанию.