«Одной и всеми заброшенной я никогда не останусь», - была вынуждена признать девушка.
«Что я сделал не так?» - задался вопросом Александр Юрьев, не в первый раз посекундно разбирая то, как происходит его общение с девушкой из квартиры ниже.
Глава Саша Юрьев
Проведя один в своей квартире 48 часов, показавшихся непривычно тихими, после последних недель, когда Кристина скидывала на него мальчишек, Александр Юрьев решил на сон грядущий подышать свежим воздухом и, быть может, случайно увидеть кого-то, с кем бы был не прочь пообщаться. К примеру, вышедшего на прогулку кота, который, разумеется, будет бродить у дома в сопровождении своей хозяйки. Беспокоить приятных соседок в позднее время без адекватного предлога было нельзя, вот он и рассчитывал на счастливый случай, который уже не раз сводил их с Мэри у лавочки возле подъезда. Частично его желание исполнилось, но случилось это до того, как он вышел на улицу, да и девушка не пожелала не то что обменяться парой фраз, а даже смотреть на него.
Всё поступки Саши были хорошо обдуманны. Можно сказать, что правило не действовать на сиюминутных хотениях и эмоциях, защищая себя от ошибок и их последствий, способных разрушить всю жизнь, он познал, наверно, ещё во чреве матери. В лет восемь сын бедовой Машки Юрьевой сформулировал ещё одно правило, суть которого сводилась к тому, что считать кого-то плохим и глупым только по одежде или виду его родителей нельзя. Это нечестно, обидно, и так поступают только глупые взрослые и подражающие им дети.
На работе его жизненную истории знала лишь бригада – пять мужиков, с которыми он сдружился за годы совместной работы. Чтобы раскрыться им, ему потребовалось не одна опасная, но сближающая ситуация вроде машины, чуть не затонувшей в болоте, пытающегося пролезть в окно столовой медведя, драка за честь молодой поварихи, пожара и подставы от напившегося начальника. Для всех остальных же он был ничем не примечательным Сашей Юрьевым. Всех, кроме жильцов дома, ещё помнящих его маму.
Таким образом, доброжелательная Эмилия и её племянница Мэри стали для него приятной неожиданностью, ведь отнеслись к нему по-соседски вежливо, как к любому другому обычному человеку, а не как к тому, от кого ожидаешь исключительно чего-то плохого и стараешься держаться подальше.
«Тамара Пална забыла предупредить их обо мне. Стареет», - решил он, жуя бутерброд с бужениной, которой его угостили приятные соседки. То, что младшая из них вела себя скованно, не осталось им незамеченным, но это могло быть вызвано её стеснительным характером или его долговязой фигурой, которая кажется устрашающей некоторым людям за счёт разницы в росте.
Александр давно смирился, что соседи его недолюбливают, и перспектива подружиться с обитателями квартиры ниже его воодушевляла. Приветливо улыбаться при встрече, спрашивать о делах, оказавшись вместе в лифте, обменяться ключами для экстренных ситуаций и заглядывать друг к другу в гости – ещё до рождения заимев дурную славу не только у жильцов подъезда, но и у всего двора, а в последствии у работниц соцзащиты, воспитателей и некоторых учителей, Саша был лишён такой малости как симпатия соседей. Поэтому Эмилию и Мэри он поначалу рассматривал как условно бесполых возможных приятелей.
Именно женщин во всех смыслах этого слова он разглядел в соседках во время инцидента с призрачным нечто, которое они с Мэри пытались выследить, но наткнулись только на её родственницу. Первая показалась ему такой потерянной и беззащитной, когда он разглядел её сидящую в темноте на лавочке, а потом этот воробушек превратилась в Индиану Джонса, желающего раскрыть тайну неопознанного объекта. Вторая снова была с ним дружелюбна и открыта настолько, что он расслабился и ляпнул, что предпочитает чифир.
За пару дней до того, как Александр в последний раз перед своим вступлением в новую должность и уехал на вахту, соседки его угостили фаршированными перцами, вкусом вернувшими его в глубокое детство, которое он провёл на попечении бабушки.
А возвратившись уже летом домой, Саша явно перепугал своей заросшей рожей Мэри, но она быстро взяла себя в руки и вместо презрения и упрёков, заговорила с ним о коте, которого они в прошлый раз не смогли поймать. А следующим утром он благодаря болезни выяснил, где работает та, что умеет готовить вкусные перцы.
Ему не требовались долгие размышления, проверки и самоанализ, для понятия собственных чувств и реакция. Мэри ему нравилась, хотелось видеть и слышать её чаще, узнать о ней больше, и сама судьба ему в этом благоволила, даря им встречи на лавочки у подъезда.