В Варшаве недавно устроено было экстренное собрание членов "Лиги Народовой", на котором разбирались два социалистических воззвания возмутительного содержания на русском языке: одно озаглавлено "Всем" и было получено из С.-Петербурга Казимиром Лазаревичем; в нем говорилось о чрезвычайных будто бы притеснениях русского народа правительством и о принятом народом твердом решении сбросить тяготеющее над ним иго. Второе воззвание издано русским студенческим кружком социал-демократов, обращено к студентам-полякам и требует присоединения их к общерусским манифестациям.
"Лига" пришла к решению не принимать участия в возникающих в России противоправительственных движениях как в настоящее время, так в впредь. При этом было предложено всегда и во всем руководствоваться принципом: "Поляки сами для себя и своими силами". Затем собравшимися высказалось неудовольствие слишком вялою деятельностью варшавского кружка "Лиги"; было рекомендовано войти в сношения с организациями ППС и совместно с ними составить общий "Центральный комитет борьбы".
Подходы ко всем членам руководства имеются.
Два члена Главного правления "Лиги", являющиеся при этом руководителями "Национальной демократии", заагентурены мною н выполняют поручения.
Таким образом, с точки зрения противовеса социал-демократии, "Лига" является неоценимым приобретением".
- С социалистами их уже рассобачили? - спросил Дурново.
- Не спешим.
- С типографией как?
- Ставят.
- На чьи деньги? Мы даем?
- Нет. Патриоты сами собирают.
- Разве что если сами. Не обожгитесь...
"ВАРШАВСКАЯ ГРУППА АНАРХИСТОВ-КОММУНИСТОВ "ИНТЕРНАЦИОНАЛ".
Среди заграничной группы анархистов-коммунистов в минувшем, 1904 году уже произошел раскол, вызванный недовольством "демократизацией" ее печатного органа "Хлеб и Воля", вдохновляемого известным русским эмигрантом князем Петром Кропоткиным, а также разногласием по некоторым принципиальным вопросам, главным образом о допустимости краж на политической подкладке.
Местом первичного появления пропаганды анархизма надо считать Варшаву, Белосток, Одессу и Вильно. Начало активной пропаганды анархистских идей и актов террора в Варшаве относится к январю 1905 года, когда здесь образовалась группа под именем "Бунтарь", явившаяся ветвью вновь нарождающегося на юге России "Южно-русского анархистского союза", основателем которого . был некий Махаев, отчего его последователи назывались "махаевцами". Так как во главе этой группы стояли люди молодые и неопытные, притом не имевшие никаких связей с рабочей средой, то их пропаганда не имела никакого успеха, и группа в скором времени распалась, не оставив после себя никакого следа. Ныне анархисты влияние на революционные события не оказывают".
- А что это Кропоткин в демократизм ударился? - удивился Дурново.
- Трудно сказать со всей определенностью, ваше высокопревосходительство. Агентура доносила о странном свидании Кропоткина с Дзержинским, об их пятичасовой беседе - с тех пор Кропоткин посуровел против зряшней пальбы и шума с грабежами.
- Много о Дзержинском говорите. Боитесь полячишку?
- Ненавижу.
- Так это одно и то же - бояться и ненавидеть, одна медаль, две стороны...
Тронул пальцами оставшиеся листки, посмотрел - много ли осталось.
- Это интересно?
- Да. Интеллигентно, умно и - все в кармане. Можем вертеть, как хотим, националисты.
"ПРОГРАММА ПАРТИИ "НЕЗАВИСИМОСТИ ПОЛЬШИ",
Основные принципы, из которых исходит партия "Независимости Польши", следующие: государство является необходимым оплотом народа в международной экономической борьбе. Государственные традиции начали у нас угасать за последнее сорокалетие; сознание государственности изглаживается в народном инстинкте, но тем не менее народ наш не может исчезнуть, если усвоить себе необходимость борьбы за государственное бытие.
Ввиду приближающегося к концу процесса объединения Германии и ввиду внутренних перемен в русском государстве, вызванных внешними поражениями, постигшими Россию, в недалеком будущем могут произойти громадные перемены на карте Европы.
Вследствие утраты Австрией немецких провинций и разложения России, может создаться независимая Польша, соединенная династической унией с Венгрией, что может стать международной необходимостью для восстановления, поколебленного Германией, европейского равноправия".
- Что, с ними агентура венского генштаба работает? - спросил Дурново.
Глазов посмотрел на лысину министра влюбленно:
- Видимо - да, но факты мне неведомы.
- Так выведайте, - улыбнулся Дурново, почувствовав восторг полковника, п о н я в его восторг и приняв.
"Не зная, наступит ли для нас благоприятный момент для выступления с оружием в руках за самостоятельное государственное бытье, быть может даже ранее, чем мы могли бы этого ожидать, вам необходима политическая партия, которая призывала бы ваш народ к боевой подготовке.
Такой партией является партия "Независимости Польши".
Ввиду того, что крестьяне н ремесленники более чем другие слои склонны ныне к борьбе за государственный быт, партия "Независимости Польши" стремится прежде всего в них найти свою опору.
Партия "Независимости Польши" приступает к работе над мелким мещанством, пренебреженным в смысле политическом и недостаточно оцененным вследствие предрассудков восточных социалистов".
- На мужика с мещанином ставят, - задумчиво произнес Дурново. - Это хорошо. Есть поле, где столкнуть лбами. Но не слишком ли рискованно?
- Нет, ваше высокопревосходительство. Это тоже под абсолютным контролем. Там мои сидят. Я их прокламации в рукописях читаю.
- Ну что ж, - сказал Дурново, пролистав справку еще раз. - Убедительно и со знанием дела. Предложения?
- У меня одно предложение, ваше высокопревосходительство.
- Генералу Трепову излагали? Нет?
- Вам первому. Я б е р е г.