Здесь, в этом дерьмовом городе, с этими дерьмовыми людьми, для меня ничего не существовало.
Я почти желала, чтобы Джек Кэллоуэй был настоящим, чтобы он забрал меня подальше от этой дыры. Куда бы он ни забрал меня, даже если это будет сам ад, там должно быть лучше, чем здесь.
Глава 2
Ада
Хэллоу-Хилл получил свое название из-за большого холма, возвышавшегося над всем вокруг: город располагался у подножия одного края, а с другой стороны тянулся густой лес. На вершине располагался тыквенный сад, а вдоль склона холма тянулось узкое кукурузное поле, служившее своеобразной ширмой.
Деррик схватил кукурузную шелуху, вывернул ее из стебля и швырнул в другого парня. Он был так же пьян, как и все остальные, и слишком медлителен, чтобы увернуться, хотя и был звездным квотербеком школы. Она отскочила от его плеча и ударила Лукаса по голове.
Лукас крутанулся на месте и топает к Деррику, его глаза практически пылают от ярости.
— Не заставляй меня сожалеть о том, что я не оставил тебя в городе, чтобы ты мог побаловаться с остальными ребятами.
Не обращая внимания на яростные извинения друга, Лукас схватил фланелевый костюм оборотня Деррика и притянул его к себе так близко, что их носы практически соприкоснулись.
— Прости, Лук! Это был несчастный случай! — лепетал он.
— Поцелуй. — подтрунивала я. Как бы он меня ни доставал, я изо всех сил старалась не провоцировать Лукаса. Это только облегчало жизнь, когда я в девяноста процентах случаев оставалась незамеченной, но бывали моменты, в основном когда он обращал свой гнев на других людей, и я не могла держать язык за зубами. Особенно когда Деррик умудрялся вызвать жалость к себе, труся так, как он это делал.
Как я и надеялась, альфа-хулиган снова переключил свое внимание на меня, похоже, раздумывая, на кого обрушить свой гнев на этот раз. Он полностью отступил, возможно, потому, что за ним наблюдали, и рассмеялся так, будто его пьяные оскорбления были какой-то шуткой.
— Лучше поберегись, Челс. Похоже, наша маленькая шлюшка Мур неравнодушна к твоему мужчине.
Деррик вырвал свою рубашку из ослабевшей хватки Люка и, нервно хихикая, притянул свою девушку к себе.
— Да, точно. Я бы к этой киске и на десять футов не притронулся. Кто знает, где она была.
Забавно, ведь я была девственницей. Не то чтобы этому мусору нужно было это знать.
Челси была единственной, кто не смеялся. Ее внимание все еще было приковано ко мне, она послала мне извиняющийся взгляд, пробормотав "спасибо" под ободком своей полумаски кролика. Она знала, что я только что спасла ее парня от пары синяков. Она также не была слепой и знала, что я была тем, кто не тронула бы Деррика Рэндла и с десятиметровым шестом, даже если бы он был последним парнем на земле. Это относилось ко всем хиккам Хэллоу-Хилл.
В начальной школе мы с Челси были друзьями, потом она сошлась с Дерриком в средней школе, и он стал для нее приоритеом. Ей пришлось выбирать, я или ее парень и остальные деревенщины Хэллоу.
Она не выбрала меня, никто никогда не выбирал и это было прекрасно. Мне будет легче покинуть это место в тот момент, когда у меня в руках окажется диплом и те двести баксов, которые Лукас должен был мне после того, как я опровергла эту историю с призраком. Этого хватило бы на билет на автобус из штата.
Когда мы добрались до вершины холма, все дружно вздохнули. Здесь было так... красиво и жутко. Луна выглянула из-за облаков, заставив тонкое одеяло тумана над тыквенным садом светиться.
Несмотря на то, что сад был открыт для жителей города несколько недель, урожай этого года все еще оставался нетронутым. Люди приходили в сад, особенно чужаки. Тыквенный сад был единственной достопримечательностью Хэллоу-Хилла, который привлекал посетителей, но мало кто покупал тыквы. Некоторые люди верили, что проклятие Джека Кэллоуэя отравило все, что выросло на месте его смерти, и что его тыквы несут в себе его частичку. Так что просто взять его собственность, значит навлечь на себя дурное сглаз, не говоря уже о том, чтобы принести ее в свой дом и осквернить одним из этих пошлых наборов для украшения тыкв.
Челси была одной из немногих в городе, кого это не обескуражило.
— О Боже! — завопила она и бросилась к одной из больших тыкв на поле. — Это самая большая тыква, которую я когда-либо видела!