— Сюда никому нельзя входить! — воскликнул мальчик-посыльный, единственная защита, которая теперь была у Траппа.
— Ну разумеется мне можно, — гневно возразила гематома.
С трудом встав с постели, генерал доковылял до двери.
— Впусти её, — слабым голосом попросил он у мальчика-посыльного, который неумело наставлял на Гиацинту генеральскую саблю.
— Это еще что за призрак? — изумилась горгона и на всякий случай пребольно ткнула Траппа пальцем под ребра.
— Держитесь от меня подальше, — прохрипел он, снова падая на кровать. — Возможно, я подцепил волчье бешенство.
— А ты собираешься меня кусать? — уточнила Гиацинта, без всякой опаски растягиваясь рядом. От неё пахло потом и лошадьми. — Я совершенно без сил, — пожаловалась она сонно. — Не умирай до тех пор, пока я не высплюсь.
— Хоть сапоги сними, — вяло возмутился Трапп, закрывая глаза и отодвигаясь от неё как можно дальше.
Но гематома уже спала, крепко стиснув в кулаке его рубашку.
Когда Трапп пришел в себя, было уже далеко за полдень, и яркое солнце из распахнутых окон заливало комнату. Прислушавшись к своему состоянию, генерал с удовлетворением отметил, что от царапин не исходит боли и жжения, что его конечности не онемели, слюноотделение не повышено, а жар спал.
Кажется, это все-таки была обычная простуда, ничего смертельного.
Гематома, в его шелковой рубашке на обнаженное влажное тело, оглянулась.
— Очнулся? — спросила она и села в его ногах, подтянув колени к груди. — Приходил доктор, он сказал, что нет у тебя никакого бешенства. Ничего другого не мог придумать?
— Как прошла твоя поездка?
Она дернула плечом.
— Старик Мо — умирающая развалина. Он живет подаянием, все его дети покинули его. Я купила ему хижину на берегу и оставила все деньги, которые у меня были при себе. Джереми не возвращался к нему, и я не собираюсь больше это обсуждать. А ты почему в таком плачевном состоянии?
— Варкс устроил мне ловушку и бросил в яме с волками. Некоторые из них разодрали мне бока, я даже проворонил один укус. Потом мне пришлось долго сидеть в ледяной реке, чтобы смыть со своих ран волчьи кровь и слюну. И, кажется, простудился.
— Где теперь Варкс? — спросила Гиацинта, не удивившись.
— Ушел на запад с остатками людей.
— Ну и дурак, — подумав, решила горгона. — Что бы он выиграл, угробив тебя? Сам бы стал великим генералом?
— Наверное, он просто бесился, что из-за меня лишился хорошей должности при прирученном короле.
— Теперь он лишился вообще всего.
— Варкс не ожидал, что я выживу. Если честно, у меня было очень мало шансов.
— Никому нельзя доверять, — наставительно протянула горгона. — Ты, Бенедикт, как дитя малое. А что с волками?
— Я нашел звериную ферму с пустыми клетками. Какая-то сумасшедшая старуха разводила волков, заражала их бешенством и выпускала на волю. Она была уже мертва к моему приходу, и я спалил там все дотла.
— С разодранными боками палил?
— Ну не отступать же было обратно, — Трапп потянулся. — А еды нет? — спросил он.
Горгона встала, исчезла из виду и через пару секунд вернулась с подносом.
— Куриный суп, — объявила она с такой торжественностью, как будто лично вырастила, поймала, ощипала и сунула в кастрюлю эту самую курицу. — Верное средство от всяких болячек. Итак, вы поехали с Варксом, гвардейцами и бородатыми лесниками в Девичий лес?
Трапп попытался забрать у неё тарелку, но горгона только покачала головой, и пришлось постыдно открывать рот, пока она кормила его с ложечки.
— Куда подевались остальные, пока Варкс играл с тобой в кошек и мышек?
— Мы разделились.
— Сколько волков было в той яме?
— Семь.
После каждого ответа гематома одобрительно вливала в его рот ложку бульона.
— Варкс специально подготовил её для тебя или увидел яму и не удержался, чтобы не пнуть туда генерала?
— Думаю, второе. Вероятнее всего, эту яму выкопала та сумасшедшая старуха для того, чтобы смешивать в ней здоровых волков с больными.
— Что еще за старуха?
Трапп вздохнул.
— Кто теперь узнает? Я был полумертвым, когда добрался до её хижины.
— И на всякий случай всё сжег, не приходя в сознание? Молодец, Бенедикт, — развеселилась горгона. — Что за странного охранника ты себе раздобыл? Он выглядит таким тощим, что даже я, хрупкая, беззащитная женщина, его не боюсь.
— Кто под руку подвернулся, тот и встал на стражу. Лесники все еще прочесывают леса в поисках остальных волков. А вдруг Варкс захотел бы вернуться?