— Доктор мазал мои царапины обеззараживающей мазью.
— Страшно представить, из чего она сделана. Из дегтя? — Гиацинта откатилась на другой конец кровати и спросила у потолка: — Чем бы мне заняться, пока ты так бездарно валяешься?
— Кажется, уход за ранеными не входит в круг твоих интересов, — заметил Трапп, улыбаясь. — Разве ты не ощущаешь непреодолимую потребность промывать мои раны и читать мне романы вслух?
Гиацинта перевернулась на бок и уставилась на генерала, подперев голову рукой. Рубашка задралась до пояса, полы разъехались, обнажая левую грудь.
Никогда в жизни Траппа столь сильно не расстраивали его ранения, как в эту минуту.
— Я только одного не пойму, — пробормотала она задумчиво, — почему Варкс так беззаботно уехал, оставив тебя в яме?
— Семь бешеных волков, — напомнил ей Трапп.
— Надо было дождаться развязки, чтобы в случае чего тебя добить. Я бы именно так и поступила.
— Повезло мне, что это не ты пыталась меня убить.
— Ну, — она потянулась, — любому везению рано или поздно приходит конец.
Когда они добрались до Изумрудного замка: там командовал Большой Боб.
— Я великий генерал, — вопил мальчишка, размахивая деревянным мечом, — я меняю королей, как захочу!
— Я настоящий Джон! — отзывался его приятель. — Я поколочу придурка Стива!
— Я не придурок, я министр! — слышалось из кустов.
— Посмотри, до чего ты довел эту страну, — покачала головой горгона.
Трапп спешился, вопя во все горло:
— Большой Боб! Ты не боб, ты горох!
— Генерал! — младший брат пастуха Лорелеи с разбега бросился ему на шею. — Тебя опять сослали в ссылку? — с надеждой спросил он.
— Увы, дружок. Я просто ехал мимо.
— Я позову Лорелею, — и мальчишки умчались в сторону деревни.
Трапп оглянулся на недовольную горгону.
— Придется здесь задержаться.
— Как ты только терпишь этих мальчишек, — скривилась она. — По мне, так они совершенно невыносимы.
— Не любишь детей?
— А какой от них прок?
Она бросила ему поводья и направилась в сад.
— Хоть лопату возьми, — крикнул ей вслед генерал.
Он напоил и накормил лошадей, растопил очаг на кухне, смахнул пыль с углов.
— Генерал! — раздался женский голос снаружи.
Вопреки его ожиданию, это была не Лорелея, а пышнотелая Лиза, женщина, в чьих объятиях он провел не одну тоскливую зиму.
— Большой Боб вопит на всю деревню, что ты вернулся.
Она стала еще пышнотелее. Трапп сбежал по ступенькам вниз и с удовольствием расцеловал АА
Когда они добрались до Изумрудного замка: там командовал Большой Боб.
— Я великий генерал, — вопил мальчишка, размахивая деревянным мечом, — я меняю королей, как захочу!
— Я настоящий Джон! — отзывался его приятель. — Я поколочу придурка Стива!
— Я не придурок, я министр! — слышалось из кустов.
— Посмотри, до чего ты довел эту страну, — покачала головой горгона.
Трапп спешился, вопя во все горло:
— Большой Боб! Ты не боб, ты горох!
— Генерал! — младший брат пастуха Лорелеи с разбега бросился ему на шею. — Тебя опять сослали в ссылку? — с надеждой спросил он.
— Увы, дружок. Я просто ехал мимо.
— Я позову Лорелею, — и мальчишки умчались в сторону деревни.
Трапп оглянулся на недовольную горгону.
— Придется здесь задержаться.
— Как ты только терпишь этих мальчишек, — скривилась она. — По мне, так они совершенно невыносимы.
— Не любишь детей?
— А какой от них прок?
Она бросила ему поводья и направилась в сад.
— Хоть лопату возьми, — крикнул ей вслед генерал.
Он напоил и накормил лошадей, растопил очаг на кухне, смахнул пыль с углов.
— Генерал! — раздался женский голос снаружи.
Вопреки его ожиданию, это была не Лорелея, а пышнотелая Лиза, женщина, в чьих объятиях он провел не одну тоскливую зиму.
— Большой Боб вопит на всю деревню, что ты вернулся.
Она стала еще пышнотелее. Трапп сбежал по ступенькам вниз и с удовольствием расцеловал её.
— Я проездом.
— Рада тебя видеть, — Лиза тепло улыбнулась. — Твое появление очень кстати, я уж думала отправиться в столицу на твои поиски.
— Что-то случилось? — обеспокоился Трапп.
— Случилось! — еще одна улыбка, куда более широкая. — Я жду от тебя ребенка!
— Правда? — восхитился Трапп и осторожно обнял Лизу. — Дорогая, — завопил он, завидев горгону, появившуюся с весьма объемным баулом. — Я стану отцом!
Она скептически посмотрела на них.
— Мы этому рады? — недоверчиво вопросила она.