Мне снился сон, что преследовал меня большую часть моей сознательной жизни. Нет, не тот кошмар, подробности которого я забыла, едва открыла глаза этим утром.
Картинки этого видения преследовали меня и днем, и ночью, заставляя сердце биться в грудной клетке, подобно испуганной птице.
Мрачный холл моего родового замка, сквозь высокие окна которого льется тусклый свет луны. В нем нет мебели, входы и выходы запечатаны, и передо мною лишь одна дверь.
Я открывала ее тысячи раз, каждый из которых заканчивался одним и тем же: я спускаюсь по темной лестнице в подземелье и вижу там клетку. Что-то темное, страшное ворочается за толстыми прутьями. Я вижу лишь клубящуюся тьму, слышу чей-то хриплый голос.
“Ты будешь моей”, — обещает он.
“Что ты такое?”
Все мои попытки разговорить чудовище, узнать о нем что-то новое, неизбежно проваливались. Я просыпалась утром со странной смесью тоски и облегчения.
Мне казалось, что едва я успела закрыть глаза и погрузиться в кошмар, как настало время просыпаться. В своем сне я не дошла даже до конца лестницы, чтобы встретиться со своим монстром. Смешно, но открыв глаза, я не могла отделаться от мысли, что он будет без меня скучать.
Даже зная, что предыдущая ночь выдалась утомительной, Герта дала мне поспать лишь до обеда. Она была невероятно взволнована предстоящим путешествием, в которое, как выяснилось, отправлялась со мной. Услышав это, я заметно воспрянула духом. Хоть мое тело пока не готово было к активным действиям, командовала с кровати я довольно бодро, указывая, какие вещи стоит положить в дорожные сундуки.
— Как быстро ты выросла, — пробормотала она, садясь рядом со мной. — Казалось, только вчера заплетала тебе косички, а сегодня ты готовишься покинуть отчий дом.
— Я рада, что еду не одна.
— Я никогда тебя не оставлю. — На ее глазах набухли слезы, голос задрожал. Рука нашла мою и крепко сжала.
— Помнишь, ты рассказывала мне легенду про Великое разделение? Можешь сделать это еще раз?
— Зачем? — Недоуменно произнесла она.
— Просто хочется…
Просто хочется вновь почувствовать себя маленькой девочкой. Вернуться хоть на десять минут в любой из дней, когда я была безмятежным ребенком, единственной заботой которого было выбрать цвет колготок или начинку для пирога.
— Хорошо, слушай… — Я закрыла глаза, и ее тихий голос перенес меня в прошлое.
— В древние времена, когда Светлое и Темное было неразрывно связано между собой, в самой обычной семье родилась девочка. Родители назвали ее Таль. Шли годы, из ребенка она превратилась девушку, до того прекрасную, что ее возжелал один из Богов. И был у Бога этого брат, которому тоже приглянулась красавица Таль…
Негромкий, звучный голос замолк, заставляя меня буквально подпрыгивать на месте от желания узнать, кого выбрала девушка.
— Нянюшка, нянюшка, что было дальше? — Я подошла к креслу, в котором сидела молодая еще Герта и заглянула в серые уставшие глаза.
— А дальше… Ни один из братьев не хотел уступать — каждый из них хотел присвоить Таль и сделать своей. Вражда переросла в войну, в которой приняли участие все Боги. Страшное настало время, моя ягодка, такое страшное, для живых и даже мертвых. Против воли они оказались вовлеченными в эту схватку, в которой не было победителей, лишь проигравшие.
Узнав, кто вызвал раздор среди Богов, люди решили убить Таль. Но были среди них и те, кто встали на ее защиту. И вот и на земле началась глупая война, которой не было конца. Одержимые жаждой крови они даже забыли, за что боролись. Многие погибли в те годы…
Не выдержав, Таль сама ушла за грань, надеясь, что это остановит войну. Но не знала красавица, что на самом деле не была причиной раздора, лишь предлогом. Последней каплей в череде противостояний между братьями.
Они так и не смогли помириться, но, в конце концов, решили остановить кровопролитие. Тот, кто начал войну, Фарис, создал Нижний мир и, вместе с Богами, вставшими на его сторону, спустился туда. Дар, брат Фариса, вместе со своими приверженцами остался восстанавливать прежний мир Богов. Те Боги, которые не вмешивались в войну, объявили себя Отступниками и остались в нашем мире. Их кровь положила начало новой эпохе — эпохе магов. Вот так произошло Великое Разделение. А теперь спать! — Вокруг глаз рассказчицы чуть четче обозначились морщинки.
— Я не хочу спать. Я хочу знать, что случилось дальше. — Я притащила от камина маленький стульчик и села напротив женщины. Та тяжело вздохнула и погладила меня по голове. Я привычно увернулась.