Судя по суровому виду старосты, возмущения народных масс уже достигли его ушей.
— Так, археологи хреновы, потрудитесь-ка объяснить, что здесь происходит? — без предисловий загремел он под непрерывный трезвон мобильника, который грозил выскочить из нагрудного кармана его рубахи.
— Проводим плановые работы по изучению перспективного участка, — Костя пытался сохранять хорошую мину при плохой игре.
— Вот ты, — Федотов для верности ткнул в него пальцем, — Ты мне сегодня утром что говорил?
— А что я говорил? — на всякий случай уточнил Костя.
— Ты мне сказал, что вы обнаружили точное местонахождение кургана! И что тебе нужно несколько — я подчеркиваю, несколько — человек для помощи в раскопках. А я вижу здесь чуть ли не половину работоспособного населения, усердно разрывающую холм! Прямо золотая лихорадка какая-то! Потрудитесь объяснить!
— Григорий Васильевич, дело в том, что возникли непредвиденные трудности, — поспешил объяснить Костя. — Тщательные исследования показали, что курган с захоронением должен быть именно здесь, но на поверку холм оказался монолитной скалой, чего никак нельзя было предугадать. Что же касается населения — их никто не звал, они сами пришли.
— Знаю я это население, им бы только в каком кипише поучаствовать вместо работы, — проворчал Федотов, остывая. — Раз у вас ошибочка вышла в этих ваших исследованиях, объявите об этом народу, пусть расходятся, хватит уже время терять и инвентарь портить.
— Да они же меня линчуют, — ужаснулся разом вспотевший Костя. — А может лучше вы объявите?
Староста сперва оторопел от подобной наглости, но потом усмехнулся и зычно крикнул:
— Народ!
Народ разом перестал копать, ломать лопаты и возмущаться и обратил внимание на Федотова.
— Наши гости благодарят вас за участие в раскопках, не сомневайтесь, вы внесли неоценимый вклад в науку. Но сейчас возвращайтесь все к своим делам.
Народ подозрительно столпился возле нас и расходиться не спешил.
— А как же Рюрик? — выкрикнул кто-то. Федотов с усмешкой посмотрел на Костю, мол, отвечай.
— С Рюриком все в порядке, продолжаем искать! — бодро отрапортовал Костя. — Как только найдем, непременно сообщим.
— То есть получается, мы тут зря полдня на солнцепеке спину гнули? — заподозревал народ.
— Почему же зря — это был метод исключения, — начал импровизировать главный археолог, — Теперь мы точно знаем, что здесь кургана нет. Когда наши исследования укажут на другой потенциальный участок, вы сможете снова поучаствовать в раскопках.
— Ну уж дудки, копайте сами свои исключения, — рассердился народ и разошелся, побросав сломанные лопаты и поминая археологию в целом и нас в частности нехорошими словами.
— Когда в следующий раз ваши изыскания на что-нибудь там укажут, извольте справляться своими силами, — резюмировал Федотов на прощание.
Убедившись, что больше ничего интересного сегодня не предвидится, разошлись и последние зрители.
— Бедный Рюрик, где бы он ни был — сегодня не раз перевернулся в своем золоченом гробу, — сочувственно пробормотала я.
— А все-таки какой у старосты авторитет, — восхитился Макс. — Костян, если бы не он, тебе бы точно морду набили.
— Возможно, не мне одному, — осадил его Костя. — Да уж, столько сил потрачено, а результатов — ноль.
— Значит, наш последний камень оказался размером с гору? — подытожила я. — И как теперь найти портал?
— Можно воспользоваться взрывчаткой, — неуверенно предложил Макс.
— Ага, решим вопрос кардинально — снесем эти столбы к чертовой матери, — фыркнул Костя, — И обеспечим себе стопроцентный интерес со стороны следственных органов.
Он был зол и раздражен до предела. Еще бы — сегодняшняя неудача разбила вдребезги все наши теории и предположения. Мы снова не знали, как найти переход в наш мир, и даже не представляли, в какую сторону двигаться дальше.
— И что же нам теперь делать? — неосторожно спросила я.
— Теперь каждый волен делать все, что угодно. Ты-то точно скучать не будешь, — сердито бросил Костя, глядя куда-то вдаль. — Макс, пойдем отсюда!
Я оторопела от подобной резкости, глянула в ту же сторону и увидела всадника, летящего к нам во весь опор со стороны реки. Ребята собрали лопаты в поле зрения, и покинули поле боя, а я осталась ждать, нервничая, как царевна, оставленная дракону на съедение. По мере приближения я разглядела, что лошадь под всадником не серая, а гнедая, да и не всадник это вовсе, а всадница.