Как только мы остановилась возле бабкиного дома, я выскочила из машины и бегом шмыгнула в калитку.
Костя с Максом все еще сидели за столом, сытые и довольные, и уходить не торопились. Бабка громыхала посудой за печкой. Я бросилась к ребятам.
— Нам ни в коем случае нельзя уезжать, — на одном дыхании проговорила я. — Некогда объяснять, так что поверьте мне на слово. И ничему и никому не удивляйтесь. Потом все объясню.
Парни изумленно уставились сначала на меня, а потом на того, кто вошел вслед за мной.
— Привет, археологи! — поздоровался вошедший.
Шарик бросился к кузнецу, как к старому знакомому, и тот погладил его осторожно и будто бы даже уважительно.
Ребята, надо отдать им должное, быстро справились со своим удивлением и, как ни в чем не бывало, встали и по очереди представились, пожав Даниле руку.
— Данечка, садись обедать, — засуетилась бабка.
— Нет, бабуля, — нежно ответил ей «Данечка». — Я сначала на станцию сгоняю, ребят отвезу, заказ передам, а потом уж и пообедаю, и поужинаю.
— Нельзя же так, без обеда! — запричитала «бабуля». — И так уже исхудал! Как я матери твоей в глаза погляжу — скажет, заморила бабка голодом!
Данила украдкой закатил глаза к потолку, я невольно улыбнулась. При взгляде на него меньше всего могли прийти в голову мысли об истощении. Вот романтичные до неприличия мысли могли прийти, но я их мужественно отгоняла.
Надо было срочно придумать важную причину, по которой мы сейчас ну никак не могли уехать. Я повернулась к Косте, шепнула одними губами: «Помогай» и начала импровизировать.
— Данила, вот ребята говорят, что нам лучше бы сейчас не уезжать из Заречья. Мы же по заданию археологического общества приехали, начали раскопки, а в результате заблудились. Так глупо получилось. У нас все оборудование осталось там, и машина тоже.
— Там, это где? — уточнил кузнец.
Моя фантазия иссякла, и я сделала Косте страшные глаза, чтобы не молчал.
— Дело в том, что наши коллеги обнаружили комплекс курганов на территории Лужского района, и мы выехали с целью определения потенциала их исторической ценности, — бодро, как по писаному, начал рассказывать Костя. — Точного названия этого места у нас нет, только координаты. Ехали мы до Луги, а потом уже строго по навигатору.
— Который остался в машине, — подхватила я.
— А еще мы зайца по дороге встретили, — вставил Макс.
— Зайца по дороге встретить — дурной знак, — со знанием дела пояснила бабка. — Это леший зайцем обернулся, чтобы вас запутать.
— И как же вы планируете теперь найти эти ваши курганы, у лешего дорогу спросите? — усмехнулся Данила.
— Нет… Просто… — замялся Костя.
— Завтра мы позвоним в институт и уточним координаты, — нашлась я и для достоверности помахала телефоном. — Далеко от этого места за день мы уйти не могли.
— Получается, что вас надо на ночлег разместить, — задумчиво проговорил кузнец, глядя на меня.
Зря он так. Я почувствовала, что краснею до ушей. Да что ж такое!
— Можно их на чердаке устроить, — предложила бабка. Звучало очень романтично, вот только спать там вместе с Костей и Максом мне совсем не улыбалось. Наверное, Данила заметил, что эта перспектива меня не вдохновляет и предложил другой вариант:
— Пусть ребята ночуют на чердаке, а Катю я к кокушке отведу.
— К кому? — переспросила я.
— К коке Зине, — объяснил парень. — Моей крестной. Она одна живет, ты ее не стеснишь.
— Правильно, — согласилась Настасья Осиповна. — Пускай у Зинки заночует. Заодно забери у нее мои склянки, а то она отвары-то берет, а склянки не возвращает! Мне уже некуда новые зелья разливать.
Воспользовавшись моментом, когда бабка вызвала Данилу во двор подставить лестницу к чердаку, мы с парнями перекинулись несколькими словами.
— Катя, что происходит, — набросился на меня Костя. — Зачем нам ночевать в этой деревне? И что это за полуродственник?