Её взгляд дрогнул. Она отвела глаза в сторону. На щеках стал заметен лёгкий румянец. Хватка на моих руках ослабла. Все разумные любят слушать о себе что-то хорошее.
Пока девушка была немного смущена, надо было воспользоваться ситуацией.
— Почему ты считаешь, что меня послал твой дядя? — вопрос привёл Беллатрис в чувство, но она всё же на него ответила, вновь смотря мне прямо в глаза.
— Я умею усиливать любые звуковые волны. Например, если хлопну в ладоши, ударная волна может разбить все стекла в моей родной деревне, — девушка вновь засмущалась. Кажется, сказанное ей только что было выяснено на личном опыте. — Тренируясь с Проявлением, я открыла его новые грани. Мой слух стал очень хорошим. Если я коснусь человека, могу понять, врёт ли он мне. Не так давно… До экзаменов, заметила, что за мной следит парочка людей. Каждый человек создаёт свой определённый шум… — мои глаза широко открылись. Если слух Беллатрис настолько хорош, то… — Обычно их было двое. Тогда я подумала, что дядя вновь печется о моей безопасности, поэтому и послал присматривать парочку людей за мной до поступления в Академию Охотников. Чуть позже на экзамене мне встретился хоть и маленький…
— Эй! — возмутился я для вида.
— … но сильный партнёр, — Беллатрис закончила с печалью в голосе. — Я думала, что сама смогла с ним подружиться и лишь по счастливому случаю оказалась следом в одной команде с этим парнем. Была рада, что он, несмотря на мою принадлежность к фавнам, не отвернулся от меня. Лонг, ты сделал вид, что словно даже не удивлён наличию у меня выдвижных когтей. А то, что заступился за меня в драке, честно говоря, привело в радость. Ты же не глупый… Должен был понимать, что защита фавна дорого обойдётся для твоей репутации, так? Я думала, что смогла найти отличного друга и товарища. Ты не можешь представить, насколько это на самом деле важно для меня. Просто я очень рано открыла в себе другие стороны своего Проявления. Смогла понять, что все очень много врут. Я… устала от лжи. Просто не люблю её. Имея возможность всегда узнать правду, очень сложно считать лгущих тебе в лицо личностей друзьями. На самом деле, я уже долго не могу кого-то искренне принять в качестве своего друга. В родной деревне я зову друзьями нескольких фавнов, но они… Они на самом деле ими не являются. Я по тем или иным причинам сильно разочаровалась в них, — вид у Беллатрис был такой, будто она вот-вот может расплакаться. Девушка всё это время не сводила с меня взгляда. Надеялась, что совершила ошибку и сделала неправильный вывод. — Ты смог весьма быстро возродить во мне веру в людей, в дружбу. Но сейчас… Это же всё было не по-настоящему, правда? Дядя привлёк тебя для моей охраны и помощи в учёбе. Не знаю, чем он тебя подкупил, но ты на него работаешь… Вначале ты помог мне пройти испытание. Смотря на это сейчас, я понимаю, что могла с лёгкостью его провалить без твоей помощи. Потом не отвернулся от меня из-за того, что я была фавном. Следом защитил, вступился за меня в драке с товарищем по команде, не дав разочароваться в Охотниках, в людях… И в конце концов помог в туннелях, где я могла умереть от одной из сторон конфликта…
Роман и Тривия. Беллатрис узнала эту парочку по их «звукам». Первый говорит, что я его босс в открытую, вторая мне подчиняется, что также указывает на моё главенствующее положение в нашей тройке. Она обнаружила их во время слежки. Но не стала ничего предпринимать, ибо была уверенна, что их послал Лайонхарт. Такое впечатление могло сложиться потому, что, вероятно, впервые Беллатрис заметила Тривию на встрече с Лайонхартом. Следом был сделан вывод: если я их главный, а те, по предположению Беллатрис, выполняли указ директора Академии, то и моя персона служит ему. Она действительно считает, что Лайонхарт дал мне задание следить за ней, втереться в доверие, подружиться и защищать. Взамен я должен был получить что-то ценное. Это «разбило сердце» Беллатрис. Девушка изначально полагала, что я полностью с ней искренен, будто бы смогу стать её другом… Сейчас же она считает, что в наших отношениях нет ничего правдивого. Всё построено на лжи.
А ведь получается о её способности определять правду знает не так много людей. Возможно, не в курсе даже сам Леонардо Лайонхарт. Ведь Беллатрис считает, что меня послал именно он, а если бы директор Академии знал, что его агента можно так легко раскрыть, мужчина не стал бы рисковать. Подобное ухудшило бы отношения с ним…