– Очень, – поспешно ответила я.
– Всю прошлую весну потратил на воплощение своих дизайнерских способностей здесь. Эта квартира – подарок отца. Он, конечно, тоже здесь живет, когда приезжает в Москву, но по большей части я живу здесь один.
– Есть вообще что-то, что у тебя не получается?
– Есть… – тихо произнес Ваня и провел рукой по моей щеке.
Если в книгах, которые я читала, описывались ситуации, когда сердце девушки замирает от прикосновения понравившегося ей парня, я перелистывала вперед, зевая от скуки. Мне всегда казалось, что в реальной жизни такого быть не может, а все эти описания до противного сладкий бред автора. Кажется, пора было признать свою ошибку! Сердце все-таки умеет замирать.
– Так что же ты не умеешь делать? – хрипло спросила я, рассматривая его несправедливо длинные ресницы.
– Много чего, – уклончиво ответил он и повел меня на кухню.
Кухня, оборудованная по последнему слову техники, находилась сразу за матовой стеклянной перегородкой, отделяющей ее от гостиной. Она вся блестела от количества хромированного металла, который вполне мог использоваться и в качестве зеркального отражения.
– Например, я не умею готовить роллы, – с грустью в голосе признался Ваня.
– Да неужели?
– Слишком много возни с ними. – И тут его голос вновь стал веселым. – Но я хорошо знаком с владельцем японского ресторана, в котором готовят наивкуснейшие роллы.
– Я и не сомневалась!
Ваня положил непонятно откуда взявшийся пакет с едой на столешницу, достал тарелки и повернулся ко мне:
– Аня, ты сможешь побыть на кухне хозяйкой? Я сбегаю переодеться в более сухую одежду.
– Конечно!
Ваня направился к лестнице, ведущей на второй этаж. А я со вздохом повернулась к пакету с едой, которая пахла так аппетитно, что я заранее приветствовала лишние граммы.
Через несколько минут, когда он вернулся, все такой же ослепительно красивый, в рваных джинсах и черной футболке, я чуть было не выронила тарелку из рук. Я заморгала, чтобы не предстать в очередной раз идиоткой перед ним.
– О, ты все уже подготовила, – Ваня учтиво сделал вид, что не заметил мою неловкость. – Что ты будешь пить? Есть лимонад, пиво, вино…
– Можно воды?
– Конечно, – Ваня легким движение руки взял сразу два стакана и начал наливать воду из бутылки в первый. – Ты ничего не пьешь из алкоголя?
– Нет. – Я не отвела глаза от его проницательного взгляда, пытавшегося определить, вру я или нет.
– Что, совсем ни капли? – Он передал мне стакан с водой.
–– Никогда не пробовала и не хочу. – Я вздернула подбородок, обидевшись от его недоверия.
– Куришь?
– Тоже нет.
– Наркотики?
– Конечно, нет! – Я удивленно посмотрела на него. Как он вообще мог предположить такое?
– Прослыви сначала ягненком, а потом становись волком?
– В смысле?
Ваня лишь задумчиво покачал головой, глаза его в этот момент стали очень грустными, как будто он о чем-то сильно жалел, а потом раз, и на губах заиграла улыбка. Как будто Ваня номер один переключился на Ваню номер два. Он помог мне сесть за барную стойку и восхищенно произнес:
– Неужели такие девушки еще бывают? Наверное, у тебя много поклонников.
– Нет… Не знаю. А ты? Какие вредные привычки у тебя? – внезапно для нас обоих спросила я, не донеся палочки с содержимым до рта. Я все еще была под впечатлением Вани под номером один.
– Я иногда курю, когда нервничаю. Это считается? – серьезным тоном проговорил Ваня, а у самого смешинки в глазах появились.
– Считается! Курение вызывает рак, проблемы с сердцем и легкими. Разве ты не видел ужасные картинки на пачках сигарет? Нужно бросать курить! – безапелляционно сказала я.
– Но, может, эта вредная, приводящая к различным болячкам, сигарета долгое время была моей единственной подругой?
Я уставилась на Ваню, а он продолжал есть, как ни в чем ни бывало. Как будто ничего и не говорил. Ничего, я совсем ничего про него не знала, кроме того, что ему было очень одиноко. Что у него случалось, что происходило с ним? Я вспомнила о том, что успела рассказать мне Рита про Ваню, о том, что раньше он был совсем другим, но подробностей так и не успела выведать. И сейчас, глядя на него, я поняла, что он сам не готов этим делиться. В этом я его понимала.
– Я могу быть твоей подругой, тебе не нужна сигарета, – уверенно заявила я ему, и в ответ получила легкую улыбку. За ней скрывалось что-то более серьезное, более глубокое.
Мы продолжили беседовать в шутливом тоне, поглощая самые вкусные роллы, которые я когда-либо пробовала, но я все равно чувствовала некую недосказанность, парящую в воздухе. Порой Ваня странно смотрел на меня, но, заметив мой взгляд, тут же отворачивался и закрывался еще более смешной шуткой. И в этой сверкающей металлом кухне раздавался наш смех, скользящий по гладким поверхностям, скрывающий все то, что мы могли бы рассказать друг другу, но не хотели.