не вдруг стало жарко в тот момент! - Пересвет провёл рукой по своему лицу и огладил свою бороду. - Даже сейчас, вспоминая этот момент, меня опалило огнём. А в том момент, я совсем потерял разум. Не помню, как стряхнул со своей головы схимник и сделал шаг к ней из темноты. Да и Ефимия тоже сделала шаг ко мне, не спуская своего пылающего взгляда с моего лица. - Боярин?! Это ты?! - С ужасом в голосе произнесла она и прикрыла рот своею ладонью. Я не в силах был произнести и слова, но, видно, по моим глазам и лицу, она поняла, что не ошиблась. А я стал понимать, что теряю её облик за пеленой своих слёз. И, что бы этого не случилось, вдруг обнял её за плечи и прижал к своей груди, шепча только одно слово: «Прости, прости, прости...». Сколько мы так простояли в объятиях друг у друга, а не помню. Мои руки блуждали по её телу, не находя успокоения. А, когда я сбил с её головы платок и увидел, знакомые и любимые до боли, золотые волосы то совсем мой ум помутился. Я стал целовать её глаза, лоб, щеки, волосы... И вдруг понял, что и Ефимия меня целует в ответ... Пересвет замолчал. Он вдруг встал со своего места и быстро ушёл в темноту ночи. Шурка смотрел ему вслед и понимал, что не следует идти за ним. Пусть побудет наедине с собой и успокоиться. Прошла минута, но старец не возвращался. Шурка сидел тихо, «переваривая в голове» полученную информацию. «Значит, после этой встречи и появился на свет княже Лавр. Молодой Лавруша! - Мысли Шурки сделали вывод из рассказа Пересвета. - Не мудрено, что отче, так о нём беспокоился. Княже Лавр - плод долгожданной любви Пересвета и Ефимии!!! Ну, что же, я очень рад, что вселился в твоё тело. Я надеюсь, что многому тебя научил, и ты будешь помнить всё это, когда я вернусь в своё время, а тебе придётся жить уже без своего отца. - Шурка вздохнул и вдруг понял. - Как жалко, что Пересвет погибнет в сражении с Челубеем. Но куда же он ушёл? Нам ещё о много надо поговорить?» И вдруг в животе у Шурке забурчало. Молодой организм требовал пищи, а её не было. Шурка огляделся, но вокруг костра ничего съестного не нашёл. «Интересно, промелькнула мысль его голове, - который теперь час?» Он встал и, выглянув из-под листвы импровизированного шалаша, посмотрел на звёздное небо. Никаких признаков рассвета. - Значит, сейчас приблизительно, около двух-трёх часов ночи. И, куда подевался Гриня? - Вдруг вслух произнёс он и тут же получи ответ из темноты. - Здесь я, княже, отче Пересвет велел мне еду для вас раздобыть. Вот я и управился. Гриня вошёл в шатёр, неся в руках большой куль из льняной ткани. - Расщедрился боярин Серебров. - Продолжил говорить парень, раскладывая у костра принесённую снедь. - Ты только посмотри, княже. Какое богатство! Солонина, квас в бочонке, подовых хлеб, зайчатина, чеснок и лук! А вот и кисель овсяный с хреном! Я попробовал его, вместе с Гордеем. Нам его по просьбе Василия Сереброва приготовили. Аж, целый горшок приготовили! Видно в благодарность за спасение его сестры, боярин так расщедрился... Гриня продолжал ещё что-то говорить, но Шурка его уже не слушал. Звук урчащего живота заглушал все слова оруженосца. Он накинулся на еду, заметив при этом, явное удовольствие Грини. - А куда отче Пересвет подевался? - Пережёвывая пищу, спросил Шурка. - Ему тоже следует поесть. - Ты за него не переживай, княже. - Ответил Гриня, усаживаясь на место Пересвета. - Он ускакал в селение, за Дон. Всю прежнюю ночь он провёл в молитвах в церковной часовне этого селения. Вот и сейчас туда отправился. Приказав напоследок, что бы я тебя накормил и спать уложил. Сам же он вернётся к рассвету. «Значит, часа три-четыре у меня есть, что бы поспать». - Подумал Шурка и вдруг ему стало жалко этого времени. Он хотел говорить с Пересветом и не терять времени зря, ведь о своей беде он так ему и не поведал. - А может и мне последовать вслед за ним? Нам ещё о много следовало бы поговорить.- Сказал он и тут же получил решительный ответ Грини. - Не вздумай, княже. Не серди старца. Я однажды, по своей воле решил нарушить его уединение, так тут же получил его посохом по спине, за непослушание. Так что тебе велено ждать до утра. Вот откушаешь и спать будешь, как велел отче Пересвет. - Хорошо. - Смирился Шурка. - А как же наш Гордей? Где ты его оставил? - У телеги, вернее, под телегой со снедью, которую нам доставили от самого боярина Василия Сереброва. Гордей так накинулся на еду, что чуть не уничтожил её всю вместе с телегою. - Ответил Гриня и засмеялся. - У таких богатырей, как Гордей, богатырская и трапеза. А потом, наевшись и осушив половину бочонка с квасом, он рухнул на землю и уснул. Пришлось нам его под телегу засунуть, что бы не мог он пугать своим храпом коней воинов, шедших по мосту через реку... Шурка пытался вникнуть в последние слова оруженосца, но голова его помутилась и он, склонившись на домотканую дорожку, расстеленную возле костра, быстро уснул. Ну, вот и славно. - Заметив это, проговорил Гриня. - Поутру проснёшься и всё решишь, княже. А теперь, спать... и крепко спать...