Дядя Коля собирался пару суток провести в своей норе, ни к кем больше не контактировать. Пусть хоть на ушах там стоят со своей ведьмой, ему на это теперь пофигу. Надо набраться сил и окончательно прийти в себя. Сильные «руночки» у входа он обновил. Пусть только кто сунется…
«Бах! Бах!»
В железную дверь сверху кто-то с размаху бил ногой.
Дядя Коля приоткрыл мутный глаз.
- Что тебе ее оторвало, - сказал он, припоминая, что будет с тем, кто рискнет пинать вход в его жилище. Вроде точно ничего хорошего.
«Бах!»
Снова удар. Да что ж это такое!
Дядя Коля с мучительным стоном сел на полу, застонал, сцепив зубы, дрожащими руками воткнул в спазмированную мышцу икры кончик иголки. Судорога унялась, оставив после себя прокатывающуюся боль.
«Бах!!»
Кто бы это ни был, жить ему оставалось недолго. Дядя Коля был преисполнен готовности позаботиться об этом.
Он встал. По стеночке, по выступающим углам, со ступеньки на ступеньку он переползал вверх, туда, где сходил с ума чокнутый гость, не страшась жутких рун. Это запросто мог быть наркоман в приходе – на них руны действовали с отсрочкой. Пытались пробиться в затуманенный наркотиком разум заторможенно, и оттого нарики больше всего досаждали дяде Коле. Редко, правда, но вот надо было им именно сегодня…
Дядя Коля подхватил стоящую у стены палку с замотанным в целлофан концом. Жуткая штука. Лучше любого пистолета. Главное – хотя бы слегка ударить окончанием палки в височную кость, и тогда сам боженька не спасет.
А снаружи все продолжали пинать с прежним усердием, и дядя Коля, превозмогая новую судорогу, утирая пот с лица, наотмашь распахнул дверь. Заметив мужской силуэт, не долго думая ткнул своей палкой ему в голову.
- Экий вы, батенька, резвый, - услышал дядя Коля вкрадчивый мужской голос, успев краем глаза отметить, что палка цели не достигла. – Негоже так гостей дорогих привечать, а то мало ли кто на пороге стоит.
Дядя Коля прищурился – зрение еще сбоило, особенно после темноты подвала.
- Чего надо? – хрипло каркнул дядя Коля, опуская палку.
- Шоколада, - ласково ответили ему.
Дядя Коля сжал губы в узкую белую линию. Хамства он не прощал.
- Ну так заходи, угощу, - так же ласково сказал он, но незваный гость хмыкнул и мотнул головой.
- Я бы и рад, только вы, дядь Коль, насечку-то рунную с порога снимите. Да и косточки под ступенькой захоронить надо бы. О, и под второй ступенькой тоже, и под пятой… Простите уж, дальше не вижу. Только ежели вашим гостеприимством воспользуюсь и зайду, то сломаю… хм… правую ногу, запястье и обе ключицы. А зайти надо. Поболтать кой о чем. Между нами.
Дядя Коля выругался. Сейчас он был не в том состоянии, чтобы противостоять тому, кто видит то, что видеть не должен. Но и нежной институткой дядю Колю не назовешь, уж себя в обиду он не даст.
- Ладно. Заходи.
Дядя Коля тупым концом палки поскреб по едва заметной насечке на деревянном порожке, выжидающе глянул на гостя.
- Дядь Коль, ну детский сад. Вы бы еще бомбу тут положили и профессионального сапера пригласили бы в гости, чтобы он подорвался. Убирайте все ваши штучки, - укоризненно сказал мужчина, и дядя Коля неожиданно ухмыльнулся. Даже глазки у него заблестели. Нечасто встретишь такой дар. Так что пусть пришлый будет дорогим гостем.
Дядя Коля снял со стены пару переплетенных особым образом лесок, деактивировал руны новыми насечками на ступеньках и повернулся к гостю спиной, махнув рукой.
- Ну проходи, раз пришел.
Гость же, внимательно осмотрев ступеньки стенки, удовлетворенно кивнул и без опаски проследовал за дядей Колей в его логово, куда ни один нормальный человек или иной ни за что бы не хотел попасть.
Глава 7
- Ну, чего надо? – спросил дядя Коля, без церемоний опускаясь прямо на пол. Сил у него было немного.
Гость же, однако, говорить не торопился. Он осматривал логово дяди Коли с любопытством, без страха и брезгливости.
«Молодой совсем», - удивленно думал дядя Коля, изучая гостя. Тот одет просто, но недешево, загорелый, стройный. И не урод. «Каинова метка. Бог шельму метит», - вспомнил дядя Коля давние слова бывшего приятеля, который утверждал, что вся жизнь у человека на лице написана. У гостя же на лице была вежливая улыбка – и только. Никаких сухих морщин, никаких складок у рта, полосок поперек лба. Чистый психопат. Уж точно не прекраснодушный юноша со взором горящим.