–Три, один цензура запретила, – поправил второй. – Где их убивали в конце. Недавно запрет сняли, ты еще тогда в карцере сидел, когда показали...
–Так вот, их действительно убили, – перебила Ангмарская. – Но не сразу. Тьенга и Гарт успели завести ребенка. Настоящую наследницу. Сейчас Лиис, конечно, хочет устранить эту преграду...
–Мы понимаем, – мальчишки кивнули. Синхронно – как и убивали... Сулмор вспомнила их отклики – да, она не видела, как они это делали, но чувствовала отдачу от приказов. Они были отличной парной командой.
–Но я знаю кое-что о силе детей двух народов, – не стоит раскрываться полностью... Но этих ребят все равно нужно потренировать. А потом пусть решает Велка – это ее подданные. – То, что умею делать я, доступно вам всем. Вы можете этому научиться.
–А мы можем сражаться, как рыцари Ордена Истины и Силы? – разговорчивого полукровку, похоже, интересовали какие-то из героев местной истории...
–Можете, – подтвердила хейтерша. – Вы теперь все можете. Мое дело – научить вас в это верить.
–Как ты меня нашел? – Нора встряхнула то, что держала в руках. К счастью, вблизи не наблюдалось прохожих, способных разглядеть, какую неопределенную пакость взяла на руки девчонка в модельном наряде. Посадочная площадка была вообще достаточно пустынной, вряд ли кто видел, как со стены спикировало уродливое архитектурное украшение, меняя в процессе облик. Сейчас чокам выглядел комком протоплазмы – естественно, это была всего лишь условность, настоящий состав оболочки был другим, менее тривиальным. И комок этот был во власти чувств, обрывки которых Нора улавливала руками.
Обида. Нежелание оставаться в одиночестве. Недоверие к самому себе. Радость от того, что удалось найти путь, найти хозяйку...
Чокам был слишком предан своей маленькой хозяйке, чтобы оставаться в реальности, где ее не было. Причем надолго. Он начинал скучать в мире, где не было никого, кроме боязливых, хоть и вкусных, людей, и разных по характеру демонов. Некоторые его кормили, но большинство только ругало.
И вот он решил путешествовать по следу Норы, впервые в жизни прыгнув в незнакомую реальность – но ему повезло. Он следил за хозяйкой, пока она не осталась одна...
–Чудо мое, – Нора прижала чокама к груди. Тот дернулся и принял стабильную форму – сжавшись до размеров маленького зверька с нелепыми круглыми ушами. Похоже, местного популярного домашнего животного. Хейтерша высоко ценила умственные способности своего питомца – маскироваться он умел отлично. И никогда не притворялся чем-то таким, чего не видел рядом с собой. Нора покосилась на ближайший рекламный щит – там был нарисован точно такой же зверек на руках симпатичной женщины. Реклама зоомагазина.
Чокам негромко свистнул. Он чувствовал, что хозяйка им довольна.
Не выпуская питомца из рук, Нора вошла в стеклянную дверь-вертушку. Вертушка была тугой, наверное – чтобы ее не крутило ветром. Дальше был лестничный пролет, покрытый ковровой дорожкой – из какой-то жесткой искусственной ткани. Наверное, чтобы посетители вытерли ноги, прежде чем окажутся внизу, в огромном зале. Таких лестниц, спускавшихся в помещение, было несколько. Некоторые вели и ниже – возможно, там было продолжение магазина... нет, торгового центра. Нора знала это понятие, но никогда не представляла себе такого переполненного вещами помещения. То есть, не совсем вещами, здесь были еще и сенгарийцы – хейтерша помнила, что они от людей отличаются куда сильнее ее любимых эльфов. И были... да, именно люди. В ошейниках – часто очень красивых. Люди носили за сенгарийцами их покупки.
Ах да – здесь все, кто не относится к ри, могут существовать лишь в статусе чуть выше животного. Нечто среднее между предметом обстановки и забавной игрушкой. Сенгарийцы страшно похожи на демонов в этом плане... Правда, демоны все чаще оказываются на позициях гуманизма, хоть это и страшно смешно. Здесь об этом даже анекдотов не рассказывают.
Нора спустилась по ступенькам и принялась шарить взглядом по залу в поисках информации. В основном попадалась все-таки реклама, а также разные не имеющие для демона ценности штучки... Наконец хейтерше удалось найти информационное табло. Помимо рекламы, там крутили новости. И сейчас показывали Лиис Сенгарри, женщину, которая слишком хотела стать императрицей.
«А ведь мы сейчас на одной планете», – поняла-вспомнила Нора, увидев фон за плечами Лиис – гигантские статуи. Женщина, которой не суждено было править, казалась одной из них – только раскрашенной и умело притворяющейся живой. Сквозь церемониальное выражение лица пробивалась злорадность.