Хейтер успокоился, лишь ощутив холодную волну, поднявшуюся с нижней границы сердца. За это развлечение наверняка придется расплатиться. Возможно, он пропустил пробуждение матери. Возможно, на церемонии что-то пойдет не так. И он все-таки дождется своего праздника в календаре как посмертной награды.
Но что тогда будет с Мэлис, если игра зайдет слишком далеко? Что устроит Сулмор? Нет, о себе придется заботиться. И все-таки не избегать развлечения, благо оно очень скоро будет доступно.
Улыбнуться в камеру. Попасть на запись, которую увидит каждый сенгариец. Это будет круче, чем просто получить свой день. Стать незаживающей раной в сердце сотен миллиардов реальностников, которые больше никогда не смогут его увидеть, исчезнувшим кумиром... На секунду Рингил понял своего отца. Жить, зная, что где-то куча народа ненавидит мир за твое исчезновение, за то, что ты не успел сделать больше... Да, это достойно хейтера. В данном случае любовь не умаляет ненависти, а служит для нее топливом и катализатором одновременно. Конечно, использовать засеянную таким образом реальность без постоянных визитов сложно, но Рингилу это никогда и не требовалось. Своей силы было достаточно. Для отца же, шокера с вариациями, наверняка был ценен факт, а не обстоятельства и тем более не конкретный результат.
Рингил понадеялся, что не спровоцирует слишком сильной волны. Достижение достижением, а злить Велку вредно для здоровья. Психологического в том числе. Хотя – Веледа всегда найдет способ использования любого воздействия. В свою пользу. Бывали прецеденты...
Мальчик вышел из комнаты, отстранил пробегавшего мимо не ри – рыжего, как Нора в кубе, и так разряженного, что ошейник почти не бросался в глаза. Экзотика, причем дорогая. На каждом шагу встречается, куда ни плюнь...
–А, наш маленький принц, – за рабом, как оказалось, шел Тьисс. – Лиис тебя требует...
–И какого шельега она послала тебя? – этому сенгарийцу Рингил хамил в лицо все чаще.
–Она меня не посылала, – Линн грубовато тряхнул хейтера за плечо и натолкнулся на очередной взгляд, подкрепленный снисходительной улыбкой. – Идем...
Рингил снова улыбнулся. Сила действовала все качественнее... Возможно, со временем ей можно будет пользоваться с нужной целью, а не ради развлечения. Все-таки это своего рода извращение для хейтера – получать удовольствие от жизни...
–Чего ты от меня хочешь? – переспросила Мэлис. Нора вздохнула и повторила:
–Сделай мою копию, ты умеешь, – второй раз просьба прозвучала ехидно. – Это я и сказала. Мэл, не отпирайся, все «Врата» в курсе...
–Исключительно та часть, которая полагается на источник ОЛС, – не сдавалась Величайшая. – Какой-то демон брякнул, и все верят... Ты еще послушай, что они про жертвоприношение несут!
–Два ученика скормлено Хаосу, – подтвердила Нора подозрения Мэлис касательно того, что отдельные хейтеры неразборчивы в использовании источников. – Мэл, я уже передумала умирать, понимаешь? Мне нужна копия с разрушенным сознанием, а не нормальный клон, иначе я бы вышла через маму на кого-нибудь из Мейплиф...
–Ну вот, и с моим... Что ты сказала? – Мэлис тряхнула головой, напомнив Норе Рингила. В сущности, это было нормально – они были братом и сестрой, хоть и не знали этого. – Нет, повторять не надо. Думаю, это у меня получится. Но зачем?
–Я хочу спасти жизнь Рингила, – объяснила хейтерша. – Если он будет считать, что я мертва и умерла только для него, а весь мир не знает... Ну и потом, я все-таки проспорила Ангмарской. Не спрашивай, что именно.
–И не спрашиваю, – отмахнулась Мэл. – Ты уверена, что Рингила это удержит надолго?
–Год, два... Может, лет пять, – Нора пожала плечами. – Он уже на краю, Мэлис. Отчасти я поставила его туда. Признаю свою вину – меру, степень, глубину... Мэл, неважно, сколько конкретно он проживет. Если он доживет до того дня, когда поймет, что смерть – это, – хейтерша сделала неопределенный жест. Она не смогла бы подобрать правильное определение тому, что поняла сама, думая на эту тему. – В общем, это не то, что ему действительно нужно. И если он доживет до того, чтобы это понять, то ему больше не понадобятся лишние стимулы.
–И память о тебе, полагаешь...
–Такой стимул, Мэлис. Ты сделаешь это или нет? – Нора начинала терять терпение. Сколько можно распинаться перед коллегой? Мэлис не выглядит ревнителем традиций, она уважает чужое мнение даже слишком для хейтера... Неужели она откажет?