Он вспомнил, как она выглядела, когда Бран привёз её сюда. У нее был взгляд такой же, как у Анны, когда они впервые встретились.
— Лия — пара моего отца, — сказал он. — Пока она не делает ничего, что могло бы навредить стае, я не буду возражать.
Сейдж недоверчиво приподняла бровь, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. Она больше не смотрела на него со страхом в глазах. Она нравилась ему. Она была умной, забавной и мудрой. Той, на кого он мог положиться и кто прикроет его спину.
Чарльз расслабился на слишком мягком сиденье и выложил ей всю правду, а не отделался пустыми словами, как ответил бы кому-то другому из стаи.
— Хотя мы с Асилом не друзья, но Анна ему нравится. Он отдаст жизнь за её безопасность. И ей он нравится, и она чувствует себя комфортно в его обществе.
— Ты оставил свою пару с Асилом, потому что он ей нравится? — язвительно спросила Сейдж. — Чарли, я никогда бы не подумала, что ты на такое способен.
Только она так называла его. Потому что когда впервые произнесла это сокращенное имя, она была избита и напугана. Когда Бран представил ее, она подняла лицо, чтобы посмотреть Чарльзу в глаза, дрожа от ужаса. Затем она сказала с безнадёжным вызовом:
— Привет, Чарли.
Чарльз крепче вцепился в ручку двери, когда Сейдж свернула с дороги по его указанию. По колеям, по которым они ехали, росла высокая трава, и она царапала днище машины. Он был почти уверен, что обратно им придётся бежать на четырёх лапах.
— Я оставил свою пару с Асилом, потому что и ей, и ему я доверяю, — ответил он. — И хотя Лия меня терпеть не может, но она не действует во вред стае. Пока это так, я буду следовать за ней так же, как следую за отцом.
Сейдж рассмеялась на его слова.
— Да. Мы все слышали, как ты подчиняешься Брану. — Она рассмеялась громче. — Или Лие. Самое смешное то, что ты на самом деле в это веришь.
Это правда, подумал он с некоторым возмущением. Но он редко спорил с людьми, кроме отца или Анны, поэтому не стал заострять на этом внимание. Сейдж сбавила скорость, поэтому Чарльз отпустил ручку на дверце и бесстрастно сложил руки на коленях. Он держал слово и будет следовать за Лией так же, как следовал за своим отцом.
Сейдж взглянула на него.
— Ладно, — сказала она. — Тогда у меня другой вопрос. Зачем ты взял эту штуку с собой?
Она имела в виду ведьмовской пистолет.
— Некоторые из одичалых, которых мы собираемся навестить, имеют интересное прошлое, — ответил Чарльз — Все они очень старые. Я хочу знать, слышал ли кто-нибудь из них о чём-то подобном.
Сейдж выехала на ровную поляну и остановилась перед домом в стиле ранчо, который смотрелся бы уместнее на городской улице, чем посреди леса. Дом Чарльза тоже был в стиле ранчо. Но в этом окружении маленький серый домик выглядел как комнатная кошка в логове тигра.
Чарльз знал одичалых достаточно хорошо и сомневался, что среди них есть предатель. Они не могли слишком долго притворяться, это было ниже их достоинства. Трусливо.
Он вышел из машины и сразу почувствовал, что кто-то сверлит его взглядом. Он позволил братцу волку самому найти тех, кто за ними наблюдает.
Долгое притворство — это трусость, а вот устроить засаду на союзников — вполне нормально.
— Позади нас, — предупредила Сейдж, обойдя капот.
Она не то чтобы боялась. От неё пахло стрессом, даже беспокойством. Возможно, ей следовало бы бояться. Но она ошибалась.
Противник не позади них, хотя это была интересная уловка. Чарльз задумался, умеют ли одичалые на самом деле использовать магию стаи, чтобы управлять ветром, как это делал Бран, или это просто особенности местности, которыми они научились пользоваться. С одичалыми, особенно с этими, возможно и то, и другое.
— Мы пришли с вестью и предупреждением, — произнес Чарльз, не повышая голоса. — Эстер и Джонси погибли от рук врага, у которого был вертолёт и отряды с оборотнями, готовыми напасть на волков маррока. Они напали на жилище Эстер с намерением взять её в плен. И заперли её в клетку. Когда мы освободили её, они убили её.
Чарльз повернулся, словно собираясь сесть обратно во внедорожник, и тут мужчина спрыгнул с дерева в двадцати футах перед машиной.
Как и Бран, этот оборотень из тех людей, которые затерялись бы в толпе даже без использования магии стаи. Он не был ни высоким, ни низким, ни красивым, ни уродливым. В его лице вообще не было ничего особенно запоминающегося. Кроме глаз. У него были белые, волчьи, хищные глаза.
— Брана нет, — сказал мужчина с очень британским акцентом. — Теперь Эстер мертва, потому что ты, Чарльз, сын маррока, не способен защитить стаю.