Она и Уэлсли спустились вниз, пока не смогли заглянуть за второй, ещё более крутой обрыв туда, где внизу шла отчаянная битва.
Чарльз лежал скрючившись, а Лея, Асил и Жюст развернулись веером между ним и медведем. У Леи в одной руке был пистолет, в другой — зловещего вида нож. Асил держал длинное лезвие, нечто среднее между ножом и коротким мечом, и оно было в крови.
Жюст швырнул в голову медведя камень размером с кулак. Бейсболист высшей лиги не мог сравниться с оборотнем в скорости и силе. Медведь попытался увернуться, но камень с треском попал ему в голову и сбил с ног.
Анна бросилась бы вниз по склону, но Уэлсли схватил её за руку.
— Подожди, — сказал он, не сводя глаз с медведя. — Мне нужно, чтобы ты прикрыла меня. Она попытается остановить меня, когда заметит, что я делаю.
Анна отвела взгляд от Чарльза, повернулась к Уэлсли и спросила хриплым голосом:
— Ты святой человек?
— Ты спрашиваешь, могу ли я уничтожить это существо? Я последний потомок самой святой семьи в моём клане. Земля говорит со мной. Могу ли я уничтожить это существо? — Его улыбка была жёсткой. — Я не знаю, но я мечтал об этом очень долго.
Уэлсли вытащил тряпку, сложенную в виде мешочка, пахнувшую чесноком, перцем чили, лимоном и ещё чем-то незнакомым. Затем присел на корточки и собрал старые листья, сухую траву и несколько палочек. Он быстро расчистил место от всего горючего и из собранного топлива соорудил подобие маленького костра, высыпав сверху смесь специй.
Внизу под ними Лея выпустила в медведя три пули, а Жюст попал в него другим камнем. И камень, казалось, нанёс больше повреждений, чем пуля. Но смертельный удар нанёс Асил, он запрыгнул на спину раненому медведю и вонзил свой клинок между его лопаток, перерубив позвоночник.
Уэлсли опустился на колени на землю и, хотя Анна принесла ему пять галлонов бензина и зажигалку для барбекю, он зажёг огонь, просто поднеся к нему руку и прошептав слово, от которого волосы у Анны на затылке встали дыбом. Он закрыл глаза и начал петь — скорее, нараспев читать заклинание — на певучем языке, которого она никогда раньше не слышала.
Анна огляделась в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь ей защитить его и в итоге нашла кучу камней подходящего размера. Камни Жюста оказались эффективными, а она знала, как бросать бейсбольный мяч.
Жаль, с сожалением подумала она, что она не рождена ведьмой. Пистолет, вероятно, был бы гораздо лучшим оружием, чем…
— У тебя есть кое-что, что принадлежит скинуокеру, — произнес Уэлсли нараспев, так что она почти пропустила мимо ушей, что он обращается к ней.
— У меня есть это, — ответила она ему и вытащила пистолет из-за пояса джинсов.
Он не открыл глаз, только слегка склонил голову.
— Пожалуйста, положи это в огонь, — попросил он.
Анна посмотрела на костер. Пистолет сделан в основном из металла, а огонь Уэлсли не был таким уж горячим. Но она не стала спорить с ним, просто осторожно опустила пистолет в огонь.
Она не спускала глаз со схватки.
Медведь рухнул после удара Асила. Асил продолжал двигаться, по инерции отойдя от медведя на пять шагов. Он повернулся, чтобы взглянуть на поверженного зверя. Лея и Жюст осторожно приблизились к нему.
Чарльз зашевелился, затем, шатаясь, поднялся на ноги. От его боли, что прошлась по их брачной связи, Анна ахнула. Он посмотрел вверх, туда, где находились Анна и Уэлсли, и она почувствовала его смятение.
«Анна, — сказал он ей, и она почувствовала его отчаяние, — беги, любовь моя. Эту тварь нельзя убить».
«Я нашла святого человека, — ответила она ему с некоторым самодовольством, несмотря на своё беспокойство. — Он немного не в себе, я думаю. Но он верит, что может это сделать. Если у него не получится, у меня есть бензин и зажигалка».
Позади него облик зверя размылся, сжался, и маленькая девочка, не старше шести или семи лет, поднялась на руки и колени там, где только что лежал медведь. На ней было рваное платье из небелёного хлопка, её тёмные волосы были спутаны. Она огляделась вокруг широко раскрытыми глазами, её губы дрожали.
— Не бейте меня, — захныкала она, отползая и не сводя глаз с Асила. — Я вам ничего плохого не сделала. Не бейте меня.
Когда-то, где-то скинуокер убил и снял кожу с ребёнка. На мгновение Анна едва могла дышать.
Чарльз обернулся при первых же словах ребёнка. Как и Анна, он замер на мгновение.
«Предупреди их, — сказал братец волк, когда товарищи по стае выходили из боевого режима. — Это не ребёнок. Анна, предупреди их».