- Ты за кого меня принимаешь, Ольга? Я твою сестру и пальцем не трону! Ты ж меня лучше всех знаешь! Мы с Марьей выросли вместе…
Старшая из сестёр, хитро прищурившись, криво усмехнулась.
- Знаю! Потому и говорю! – припечатала она его резко, да метко, отчего парень вновь раскраснелся.
Но, кажется, Ольга и сама не очень верила в свои слова, а потому лишь беззлобно показал Стешке кулак и продолжила.
- А коли любишь Марью, то докажи: помоги ей корову отыскать! У меня тесто подходит, некогда за животиной, да сестрой одновременно следить. Но только тронь её хоть пальцем! Ууу я тебя!
Марьяна наблюдала за этими двоими глазами Марьи, и понимала, что подобный диалог происходит уже не впервые. Ольга журила Стешку, однако и впрямь не верила, что он способен на злое.
- Да нужна мне твоя корова! – взбеленился парень, насупившись.
- Я про сестрицу свою, - плохо сдерживая улыбку, пояснила старшая сестра.
А после, чуть склонив голову к Марьяне, произнесла шёпотом.
- А ежели руки начнёт распускать, не жалей, ты знаешь, что делать…
Стешка не слышал этих слов, но на этот раз и Марья, то есть Марьяна, лишь недоумённо хлопнула ресницами. Кажется, единственное, что она могла, так это дать нахалу коленом промеж ног или огреть как следует обухом. Но согласно кивнула, не желая спорить с сестрицей.
И, развернувшись, Ольга гордо зашагала обратно к дому. Стешка же расцвёл как роза на навозе, подбоченился, приняв доверенную ему роль. Теперь уж Марьяна не смогла бы его прогнать. Теперь у них общее дело имелось…
Но вскоре оба задались весьма прозаическим вопросом:
- А где искать-то? – почесав затылок, спросил парень.
- Мне-то откуда знать? – раздражённо пробубнила Марьяна. Вот только корову ей ещё искать не хватало. У неё, между прочем, сегодня выходной, а завтра опять возвращаться к своим пациентам, и…
- Так ваша корова-то! – весело хмыкнул Стешка. – Неужели не знаешь?
Пришлось набрать побольше воздуха в грудь и вновь обратиться к памяти той, в теле которой Марьяна оказалась. Если это приключение не было красивым сказочным сном, то сомневаться в том, что она стала попаданкой в тело какой-то деревенской девушки, не приходилось. Больше её волновало, как выбраться обратно…
- Так… возле Велесова леса была привязана! – почти радостно выдала она, сумев кое-что выудить из недр чужого подсознания.
Парень аж присвистнул.
- Это как же так? – удивлённо воскликнул он. – А ежели в лес она убежит… Хозяин не пожалеет… Всё, что в лесу, его…
Про какого «Хозяина» говорил Стешка, Марьяна пока что не поняла. Но азарт, зародившийся в её душе, подсказал девушке, как можно проучить парня, что, похоже, красным слогом и обещаниями был горазд только на словах.
- Боишься, значит? – подначила его Марьяна, изобразив на лице нечто вроде издёвки. – Так я одна пойду, уж чей как-нибудь разыщу…
- Я с тобой! – точно молодой петух, выпятил грудь Стешка. – Только вот… Хозяин…
- Да что ты заладил! Говорю ж, трусишь – иди домой! Мамка заждалась! – Марьяна, резко развернувшись к нему спиной, зашагала прочь.
Ноги сами понесли её по незнакомому девушке маршруту, который, однако, помнило её тело, а ему Марьяна уже научилась доверять. Она не обернулась ни разу, но, судя по пыхтению, что доносилось позади, Марья поняла, что парень спешит следом за ней. И это вызывало на её губах озорную улыбку сродни той, что они без конца обменивались в детстве, подначивая друг друга на безумные идеи.
И вскоре они поравнялись. Интуиция – или это было нечто другое, вновь не подвела её, и вот они вышли на солнечный пригорок, на котором стоял одинокий колышек с развязавшейся верёвкой – той самой, что должна была удерживать Зорьку. А прямо перед ними, словно противоположность всему доброму и светлому, что было в их мире, стоял тот самый густой и дремучий Велесов лес. От него веяло могильным холодом, да так, что Марьяна даже поморщилась. Откуда-то она знала, что войти в него добровольно, было чистым безумием. Знал это и Стешка, что, осенив себя крестным знаменем, непроизвольно попятился назад.
Идея не ходить туда вовсе сейчас не казалась Марьяне такой же глупой.
Но вдруг, где-то из глубины лесной чащи, послышалось коровье мычание…
Глава 9
Упрямо стиснув зубы, Марьяна направилась прямиком в лес, руководствуясь скорее желанием Марьи выполнить обещанное перед сестрой, нежели здравым смыслом. Да, она всегда была такой – упрямой, настырной, не желающей показывать свою слабость, и более благоразумной Марьяне сейчас это казалось непривычным. Такая решительность полагалась скорее добрым молодцам, нежели красным девицам, тем более таким на первый взгляд хрупким и нежным, как Марья. Но та, чьё тело ей пришлось занять, не переставала удивлять девушку. И самое время было остановиться, но внутренний протест перекрыл все ходы и выходы к здравому смыслу.