— В каком смысле “та самая”? — растерялась я.
— В учебниках по истории говорится, что давным-давно, когда я еще даже не родилась, — Вистерия сделала на этом особый упор, отчего я почувствовала себя динозавром, — появилась девушка-Фатум, которая превратилась в оборотня. Она пожертвовала собой, чтобы успокоить дух Геи. Потом Ангелина превратилась в дождь и стала менять сознание людей, сделала их добрыми-добрыми.
Я ошарашенно посмотрела на Дайя, который типа был занят разглядыванием облаков на небе.
— Обо мне написано в книгах по истории? — переспросила я.
— Да, — кивнула племянница с таким видом, словно я была двоечницей, что даже базовую историю Фатумов не знаю, — и статуя твоя стоит на Аллее Ангелов. А ты разве не знала?
Я глядела на мужа и не могла больше ничего сказать.
— Люди должны знать правду, киса, — улыбнулся Дайя.
Наверно, Вистерия задала бы еще миллион вопросов, но прозвенел звонок и она поспешила обратно на занятия. На прощание девочка крикнула, что всем расскажет, что ее тетей станет та самая Ангелина. По ходу ей недостаточно, что ее дядя Глава Виртуса, а тетей я ей и так приходилась, потому что моя мама — ее приемная бабушка.
После знакомства с племянницей, Дайя повел меня в сторону пригорода. С тех пор как у мужа дел на Виртусе поприбавилось, он решил построить дом и жить здесь постоянно. Вилла находилась прямо на берегу моря и сильно походила на их старый домик в Яли. Те же большие окна выходящие на пляж и кругом пастельные тона.
В гостиной стояло пианино, на полках ютились наши совместные фотографии еще со времен съемок Dandelion. Все вокруг выглядело так, будто было готово к моему появлению. Скажу больше — я словно тут уже жила все это время, просто ненадолго уехала.
В гардеробе висели мои наряды (на самом деле их привезла ассистентка и аккуратно развесила), а на полках по тонам разложена обувь. В кухонных шкафчиках я нашла свои любимые фруктовые чаи, которых раньше было немерено в мамином доме.
В углу висела гитара, значит, Дайя не забросил свое увлечение. Я поглядела на потолок и заметила большое количество встроенных колонок. Значит, Дайя все же сделал систему умного дома с самой современной акустической системой как мечтал давным-давно.
Я прошла в его кабинет и обнаружила целый шкаф с моделями самолетов, которые чередовались с какими-то неизвестными мне предметами.
— Милый, а что это за шарики? — спросила я мужа.
— Это Лас Болас — каменные шары из дельты реки Диквис. — Дайя открыл шкаф и положил пару сфер мне в ладонь. Они были абсолютно гладкими и горячими, словно их только достали из печи. — Учёные считают, что их создали примерно в 600 году нашей эры, причем сделаны из особого скалистого камня габбро, что получается в результате симбиоза камней с раскалённой лавой.
— И зачем нужны эти катышки?
— Многие люди выдвигали предположения о том, что сферы Диквиса — это особый, древний, астрономический инструмент. Другие же думают, что это путеводитель, указывающий на какое-то определённое место, возможно то, где захоронены древние тайны и сокровища.
— Древние тайны, значит. Зная тебя, стесняюсь спросить, откуда ты их достал? Вон ту штуковину тоже, — я указала на фантастическое изобретение, больше похожее на кинореквизит. Деталь представляла собой хитросплетение механизмов и таинственных шестерёнок.
— Это антикитерский механизм, — пояснил с ноткой гордости в голосе Дайя. — Артефакт был найден в обломках затонувшего греческого корабля, которому больше 2000 лет. Изначально этот инструмент считали одной из версий древней астролябии, что указывала путь, однако современные археологи смогли выяснить, что это не просто путевой указатель, но и самый настоящий древний астрономический календарь.
— И как же он работает? — в голове мелькнуло воспоминание о криптексе.
— Этого я не выяснил, но все еще разбираюсь.
— Все-таки, откуда у тебя все эти артефакты?
Мне хотелось узнать как можно больше о новой версии Дайя. Несмотря на то, что он всегда занят делами Виртуса, каким-то образом все равно успевает уделить время еще и хобби.
— Периодически я выезжал с Явой на раскопки. — Голос мужа прозвучал тепло. Явно, что поездки были очень интересными и впечатляющими. — Что-то он мне привозил из своих поездок.
— Ого, так вы с ним близки?
Это открытие показалось мне любопытным. Не то, чтобы я сама всех так хорошо знала, но Ява в моих глазах всегда стоял особняком. Когда в последний раз виделись, ему было три года. Мальчик выглядел диким и игривым, а также сильно независимым. Он как звереныш не сильно нуждался в чьей-то опеке. Казалось, отпусти его в джунгли и малыш в образе ягуара выживет с легкостью.
— В крайнем случае, он утверждает, что именно из-за меня стал археологом.
— Как так получилось?
— Когда он маленький был, Винь с Дейной улепетывали на свидания, а твоя мама занята Маратом, мне приходилось иногда с ним сидеть. Тогда я рассказывал всякие легенды и мифы. Они так запали ему в душу! Когда он чуть подрос, стал спрашивать больше про старшего Марата, про настоящих родителей. Тогда я поведал ему про оборотней. — Дайя с какой-то грустью вздохнул. Мне показалось, что его отношение к Ява было даже больше отеческое, чем братское. — Ява в школе записался в группу юных археологов, а достигнув совершеннолетия примкнул к археологической экспедиции. Поучившись у специалистов и поднаторев в этом деле, он отпочковался и стал сам заниматься раскопками. Он, кстати, знаешь, какие деньги зарабатывает на этих артефактах? Продает всяким безумным коллекционерам и иногда даже принимает заказы.
Я ничуть не удивлена. Именно что-то подобное о нем и ожидала услышать. Дайя сел в удобное читальное кресло, притянул меня к себе и усадил на колени.
— И ты решил присоединиться?
— Я подключался только когда очередная находка как-то была связана с Геей и оборотнями. Я хотел узнать больше о том, где тебя искать или хотя бы как долго ждать. А все эти сувениры мне привозил Ява как утешительные призы.
— Слушай, а он знает, что ты Фатум?
— Да, он в курсе. Все-таки Дейна встречалась с Винем, поэтому они не сильно скрывались. Ну и я решил, что ему стоит знать.
— По ходу, не в теме только мама и Марат?
— Получается, что так.
Наш разговор прервал звонок в дверь. Дайя пошел открывать, а я продолжила бродить по дому. В передней части располагалась большая гостиная смежная с открытой кухней, далее шел рабочий кабинет-библиотека. Спальня выходила на море, откуда открывался великолепный вид на пляж. Рядом ютилась еще небольшая комната, которая пока служила гостевой, но видимо выделена под детскую.
Муж как всегда просчитал все на годы вперед.
— Нам очень жаль, но нужно знать ваше мнение, — извиняющимся тоном оправдывался посетитель. — Мы понимаем, что вы не просто так выключили телефон, просто в городе сообщили, что вы вернулись домой.
— Все в порядке, понимаю серьезность ситуации. Я сейчас подойду.
Муж застал меня разглядывающую пустую стену гостевой.
— Думаешь, здесь хорошо встанет двухъярусная кровать? — спросила я его.
— Мы можем расширить дом, если понадобится, — приценился муж. — Киса, мне надо отойти.
— Я уже догадалась. Что случилось?
Я давно заметила, что еще со времен студенчества, когда дело касалось работы и заданий — Дайя придерживался какого-то недоступного мне уровня секретности. Каждая попытка узнать, чем так занят Фатум, натыкалась лишь на абстрактный ответ.
Первое время я сердилась, ведь с ним я делилась мельчайшими деталями своих миссий. Он всегда внимательно слушал, давал ценные советы, да и просто подбадривал, когда планы шли не как ожидалось. Когда дело доходило до его особо важных поездок, мне доставались лишь крупицы информации.
При этом у него всегда все было хорошо. Если даже очевидно, что ситуация критическая — он лишь улыбнется и скажет, что разберется или все исправит.
Со временем мне пришлось смириться, потому что выяснила причину такого поведения. Кредо Дайя заключалось в том, что мои проблемы — его проблемы; проблемы Виртуса или его проблемы — его проблемы.