Эрих поднялся. Его рука, изящная, с идеально отполированными ногтями, замерла в воздухе для рукопожатия. Летта проигнорировала её, скользнув на стул.
— Твоя гордость уязвлена? — прямо спросила Летта. — Думаешь, если переспишь со мной, гештальт закроется?
— Летта, — мягко, как капризному ребенку, сказал Эрих. — Ты воспринимаешь меня как врага. Чем я заслужил такое отношение?
— Тем, что в твоей голове не существует концепции, что другой человек не хочет с тобой отношений.
— Но почему? — проникновенно спросил Эрих. Он действительно не понимал, и в этом заключалась самая большая опасность.
К ним подошел официант, и Летта с радостью проигнорировала последний вопрос. Она заказала чай — и только чай — отчего Эрих едва заметно стиснул зубы.
— Не голодна?
— Не вижу смысла затягивать этот разговор.
Она увидела вспышку ярости в глазах Эриха, но уже через мгновение тот подавил ее и на лице осталось лишь вежливое сожаление.
— Я не смогу отпустить тебя, — сказал он, и голос его дрогнул с идеально выверенной нотой искренности. — Со мной впервые такое, не знаю, как отключить свои чувства.
— Что значит «отпустить»? Я не твоя собственность.
Глаза Эриха потемнели.
— Ах, я просто надеюсь, что смогу растопить твое сердце, Летта.
— Ты сказал, что прекратишь преследование, если мы поговорим.
— Сердцу не прикажешь, — с улыбкой, от которой Летта поежилась, сказал Эрих.
Летта не стала предупреждать Эриха, чтобы тот не лез к Флоре. Угрозами она подольет масла в огонь и даст этому человеку средство для манипуляции.
Летта поднялась, глядя на подошедшую официантку с подносом и чайничком.
— Отнесите за тот столик, — сказала она, указав на место, за которым сидели девочки и Лео.
Эрих проследил взглядом за её рукой, и его красивое лицо на мгновение исказилось. Не прощаясь, Летта покинула его.
Лео встретил её приподнятой бровью. Флора ерзала на стуле.
— Летта, ты разобралась? Он не будет приставать?
Взгляд Лео из удивленного стал напряженным.
— У меня все под контролем, — сказала Летта и села за столик.
Что прикажете делать? Устроить скандал с битьем посуды? Эрих прямо сказал, что не отступится. То, что она ушла из того номера было правильным решением, неизвестно как бы дела шли дальше, если бы она позволила Эриху и правда заявить на себя права. Она, всегда находившая слабое место в любой аргументации, уперлась в глухую, непроницаемую стену его одержимости.
— Навязчивый коллега, — пояснила она, встретившись взглядом с Лео.
— Он ухаживал, а потом сделал что-то плохое, — тут же раскрыла свой рот Флора.
— И ты привела его ко мне, — холодным тоном сказала Летта. — Закончим на этом, Флора.
Лео продолжал смотреть на Летту, а потом повернулся и изучающим взглядом окинул Эриха. Тот приподнял бокал с вином, салютуя Лео с холодной улыбкой. Лео не отвел глаз. Он лишь слегка наклонил голову, будто прислушиваясь к далёкому, неразличимому для других звуку.
Черт, еще не хватало втягивать в эти разборки других людей!
И Летта, к своему ужасу, поняла, что часть её — та самая, что цепенела от страха при виде Эриха — теперь чувствовала новую, более острую тревогу. Потому что в тихом, изучающем внимании Лео проступало опасное напряжение, какое бывает у хищника перед прыжком.
Именно поэтому позже, когда Флора снова заныла про яхту и открытый океан, Летта, вопреки всему, согласилась. Лео застонал, но попросился с ними. Но этот его взгляд, брошенный в сторону столика Эриха…
Летта не знала, радоваться ей или тревожиться. Не присутствию Лео, а тому, что стояло за этим поступком. В конце концов, менять преследователя на женатого мужчину не входило в её планы.
***
На следующее утро они вчетвером загрузились на яхту и отправились в бирюзовые просторы океана.
«Нереида» оказалась в их полном распоряжении — утром туристы предпочитали отсыпаться в своих номерах или растекаться на шезлонгах под мягким солнцем, и только четверо «сумасшедших» — так их назвал бородатый капитан — выбрали путешествие на яхте.
Флора, заряженная энергией почище ядерного реактора, бегала по палубе, высматривая за бортом огромных морских чудовищ — или на худой конец обыкновенных дельфинов — а Кассандра, как верный паж, ходила за ней хвостиком.
Лео стал тенью девочки. Он нацепил на неё спасательный жилет, затем добавил нарукавники, а потом, сжав губы, еще раз проверил каждую застежку. Его внимание было таким абсолютным, что казалось, он переставал дышать каждый раз, когда Кассандра приближалась к леерам. Его плечи напрягались, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.