Ну держись, кастодий!
***
Инитий. Орбита. Крейсер «Лаэстор». Капитанский мостик.
Вив стояла у панорамного окна, не двигаясь. Под ней мерцали огоньки Инития — тускло, подавленно, покорно. Все прошло быстрее, чем она ожидала.
Гораздо быстрее. Оборона Инития оказалась ритуальной, а не настоящей. Цифры в отчете были идеальны: 97% функциональной инфраструктуры сохранено, 83% населения — изолировано без жертв. Подчинено. С этой задачей она справилась.
Дверь за ее спиной открылась.
— Командир, — раздался голос. — Линия связи с Императором открыта.
Вив повернулась.
— Принято.
Дверь вновь закрылась. И тут же посреди мостика вспыхнула проекция. Силуэт, скрытый полутенью, и голос — ровный, тихий. Властный.
— Инитий?
— Захвачен. Сопротивление минимальное. Интеграция начата. Командование передано Шервену. Я двигаюсь дальше.
— Увеличивай масштаб, — подтвердил Император. — У тебя будет больше ресурсов. Но и уровень защиты выше. Не подведи.
— Подтверждаю готовность, — отчеканила она.
Проекция погасла.
Она стояла еще мгновение — не моргая. Инитий под ней был уже тихим. Подчиненным. Но так легко больше не будет. Вив выдохнула. Невольно заметила, как пальцы на секунду сжали край рукава чуть сильнее, чем нужно.
Разжала.
Развернулась.
И вышла с мостика.
***
Ртар. Тцана. АПТУ.
Конечно, я проиграла Касу. Но теперь это не было так обидно – все же проигрывать кастодию совсем другое дело, нежели «противному инитийцу». Да и теперь до меня дошло наконец, что Игнем никогда не издевался – он, держа то свое «первое место», скорее пытался…отгородить меня от того, чтобы быть замеченной. Андромедой, Советом… Не получилось, не повезло.
После его безоговорочной победы в нашей гонке к инитийцу, что логично, тут же подбежала толпа местных девиц – из тех, кто побойчее и не стал покидать Ртар после нападения Андромеды. Ну да… Наш красавчик вернулся.
Я тоже впервые за все время обучения в АПТУ подошла к нему после победы. Раньше хотелось его скорее стукнуть… Хотя не факт, что сейчас не хочу – все-таки желание его обойти так просто не вымарать изнутри. Но после того, как он мне улыбнулся – желание злиться окончательно пропало.
— Что, собрал свой фан-клуб, «первый номер»? – фыркнула я, кивая на стайку восторженных девчонок.
— Ревнуешь? – подмигнул мне инитиец.
— С чего бы? — я вспыхнула.
— Просто спросил, — с обаятельной улыбкой Кастор спрыгнул с шлюза, направляясь сквозь толпу однокурсниц в мою сторону. – Совсем не ревнуешь?
Почувствовав, как мои щеки заливает краска (а также как сыпятся не очень хорошие термины в мой адрес), я замотала головой. Игнем хмыкнул, наклонился ко мне и прошептал:
— Капсулу мыть тогда сама будешь…
Романтично – до дрожи. Ну и ладно, сама же предложила соревнование. Это хотя бы не пытаться не взорвать случайно астероид (и не создать еще парочку новых)…
Хорошо все-таки, что научилась контролировать это «ядро». Коммутатор предупредил, что следующее занятие – у сания Раста. Это, как говорила Ри-Ри, один из тех новых преподавателей – которые не совсем преподаватели. Вернее, «совсем не». Подруга, пока я была на астероиде и вечера коротала в комнате отдыха (те несчастные минут двадцать до того, как засыпала), присылала мне даже небольшие голограммы с новыми участниками учебного процесса. Раст – это который краснокожий и жутковатый.
***
Занятие проходило в аудитории 674, нынешнем «зале боевой подготовки». В описании коротко значилось «энергохлысты, практика». Хлыстом я владела – спасибо Кастору – но изображать вернувшуюся из медблока студентку все равно требовалось.
Зал был душный. Слишком душный для вечера. Запах металла, пыли, пота и озона от включенных тренировочных хлыстов. Сюда я пришла в гордом одиночестве – инитийцу срочно куда-то было нужно. Без него даже как-то одиноко становилось, привыкла уже за две недели. Но дела кастодиев явно важнее, чем «мне без тебя как-то грустно». Однако сообщение с вопросом, когда он вернется, я ему все же отправила – и Кас отреагировал мгновенно, ответив, что будет вечером, встретимся в кабинете ректора. Еще и приписал: «Скучаешь?»
Правду мы ему говорить, конечно, не будем.
Новоиспеченный саний походил на гигантскую скалу. Только вместо каменистых выступов – бугристые мышцы. И лицо, не внушающее доверия.
— Это хлыст, а не лапша! — гаркнул саний Раст какому-то гидратуру, тут же съежившемуся в пузыреподобный ореол. Голос преподавателя звучал, как если бы кому-то вынимали кость из плеча. Без анестезии.