— Что с остальными секторами? — спросил канцлер Дртарак.
— Три планеты сектора Фелла под контролем Андромеды. Две из них — без боя.
— Горят стыковочные узлы в Тетре.
— Межзвездный флот успевает… не везде. В последний бой ушло сразу восемь крейсеров. Вернулись — два.
— Они действуют точечно, — резко произнес кто-то. — Не фронтом. Они разрезают карту.
— Это уже не точечная атака, — канцлер Дртарак сжал кулаки. — Это полномасштабное вторжение. И святой рыцарь не сможет быть сразу везде… Мы можем официально запросить помощь К-Санте?
— Если они еще не здесь – значит, считают, что пока опасность не так высока?
— Или оставили все на нас? Или на…
Все замолчали.
— У нас есть ядро, — наконец подал голос канцлер Трииди. – И насколько я понимаю… К-Санте не вмешиваются именно поэтому.
Несколько лиц напряглись.
— Вы предлагаете превратить девушку в оружие? — тихо спросил Селвис.
— Я не это сказал, — отрезал канцлер.
— Но предложение верное! – тут же воспрял духом Дртарак. – Мы теряем сектора. Мы теряем контроль. Если не используем то, что у нас есть… у нас больше не будет ничего.
Трииди молчал. Думал. С одной стороны – судя по информации от рыцаря – девушка справляется с контролем тета-энергии даже лучше, чем от нее ожидалось. С другой – все же… Она живое существо. И…если ядро выйдет из-под контроля… Защищать им может быть уже нечего. Но рядом будет кастодий…
Канцлер перевел взгляд на карту. Ортариан, Фасили… Ртар. Марина Верус снова на Ртаре – и эта точка уже следующая… Значит…
— Нам не придется превращать ее в оружие, — медленно произнес он. – Она уже – оружие…
***
Ртар. Тцана. АПТУ. Общежития. Женский блок.
Я сжимала в руке коммутатор. На экране горело короткое текстовое сообщение от Кастора: «Все в порядке, скоро буду». Я не говорила ему про Инитий, но… Внутри все по-прежнему было сковано холодом. Кроме области в груди, где постепенно становилось теплее. Это уже не я – это тета-ядро. Не стоит нервничать, да… Но все-таки…
Сообщение было отправлено пять часов назад. Сейчас я была уже в своей капсуле, болтала с Солнцем, что-то невпопад отвечала Ри-Ри, которая завалилась ко мне и заняла все кровать с комментарием, что соскучилась. И что не хочет оставлять меня одну.
— Да ничего с ним не будет, он же кастодий! – в сотый раз повторяла подруга.
— Ага. Угу. – отвечала я. – А если нет… Кастодии не бессмертные… Наверное.
— Вернется твой Кастор! Ты белая совсем, как истинная ртарианка! Рин, выдохни. Почему я уверена в нем больше, чем ты? – Ри-Ри села на кровати и серьезно на меня посмотрела. – Что, так зацепило, да?
Я глянула на подругу. Мы были близки вот уже три года, но… Я не говорила ей даже о малышах с астероида. Вернее, говорила, но вскользь…
— Я просто боюсь за него, — призналась я. – Андромеда захватила целую планету, Ри! А он… Один…
— Ты же легенды помнишь? Один кастодий – это по силе как целая армия. И корабль его… Ты же сама говорила – как истребитель. Только прокачанный. Он выживет, чего ты, ну! – фасилийка протянула руку и дотронулась до моего плеча. – Эх, рассчитывала на эмоциональный рассказ о страстных поцелуях, а в итоге сижу и успокаиваю ноющую подругу. Кошмар! Вот вернется твой Кастор, я ему пожалуюсь! Что вместо горящих глазок и томных вздохов ты тут с ума сходила! Или нет! Я ему такое устрою за твои нервы…
Внутри стало совсем горячо. Я ойкнула. Нервы… Так, надо как-то успокоиться. Зажмурилась и попробовала повторить все то, что учили эти две недели. Белая сфера, тьма космоса, пустота…
Не выходило.
— Рин… — раздался напряженный голос подруги.
Я распахнула глаза – и увидела, как внутренняя обстановка моей капсулы начинает меняться. Глитч, только не сейчас!
— Ри, давай срочно о чем-то болтать! Что тебе рассказать? Или ты что-то расскажи! Срочно! – попросила я. Мне надо отвлечься, нельзя концентрироваться на нервах. А раз тьма космоса не помогает…
Ри-Ри в ужасе замерла, смотря, как начинают глючить холостены, как поднимаются в воздух предметы в комнате – и как ее собственные локоны внезапно разметались от порыва неясно откуда взявшегося ветра.
— Тебе точно нельзя нервничать! – сделала вывод подруга. – Срочно болтать… О! Короче, четыре дня назад Жаи подорвала в столовке единственный работающий синтезатор…
Щебетание Ри-Ри успокаивало. Пространство прекратило лихорадочно искажаться. Воздух стабилизировался. Я улыбнулась.