Сбоку, под импровизированным навесом из панели и капроновой пленки, лежал Рен. Он выглядел сильно лучше: не то чтобы снова стал ходячим ИскИном, но по крайней мере уже жаловался. А это прогресс!
— Почему я тут? Я на ногах!
— Да, — ответила Ри-Ри, проходя мимо. — Но с твоими руками ты опять полезешь чинить что-нибудь под огнем. Так что, пока ты не забудешь слово “героизм”, сиди.
— А если забуду?
— Тогда я тебе его напомню. Больно.
Он вздохнул. Подумал, что огонь прекратился, но эта девушка все равно его никуда не отпустит. И улыбнулся.
А потом — просто закрыл глаза, слушая, как она орет на кого-то дальше.
***
АПТУ. Южный ангар.
Истребитель лежал, как сломанная стрела. Один из «Клыков» — тот, что посадили на брюхо в самом начале штурма.
Казалось, он уже не поднимется. Но Лотус — не из тех, кто сдается так просто. Хотя вряд ли он мог бы это так просто утверждать.
Он лежал на животе под открытым брюхом корпуса, скручивал кабельную линию, отсоединял сгоревший стабилизатор и не говорил ни слова. Уже с полчаса.
Гордр сидел на краю обшивки, свесив ноги вниз, и вбивал новую голографическую матрицу в навигационный блок — не быстро, но уверенно. Для ртарианца он работал удивительно точно.
Между ними — только жужжание микропаяльника, запах пластика и молчание. Раньше они постоянно болтали – с того самого момента, когда младший Астра только присоединился к третьему курсу. Он в целом был общительным… Но теперь – просто тихо работал.
— Ты молчишь, — сказал Гордр, не отрывая взгляда от панели.
— Это плохо? — отозвался Лотус. Глухо, без паузы.
— Это странно, — ответил ртарианец. — Для тебя. Раньше ты постоянно шутил, разглагольствовал, что и как должно работать…
— А сейчас?
— Как видишь, — хмыкнул ртарианец. – У тебя лицо было такое, когда ты под «Клыка» лез, как будто собираешься заниматься самым бесполезным делом в мире. Как будто думаешь, что эти корабли уже не полетят.
Лотус вылез из-под обшивки, присел на корточки, потер лицо ладонью. На пальцах — гарь и микросхемный клей.
— А вдруг придется все же лететь? — спросил он.
— Тогда полетим, — спокойно сказал Гордр. — И надерем Андромеде зад. Но ты не боишься боя. Ты чего-то другого боишься.
Тишина.
Лотус долго смотрел в пол. Потом встал, подошел к терминалу, загрузил схему двигателя — и так и не сказал, что именно с ним не так. Он не озвучил, что за сделанный тогда в кабине «Искорки» выбор он точно лишился семьи. Не произнес ни слова о том, что теперь он сам по себе – и, что возможно, в опасности. Он не сказал, что сделает его отец, когда в назначенный час младший Астра не взойдет на корабль.
До назначенного часа оставалось пятнадцать минут. Лотус повернулся к приятелю:
— Тут мы закончили. Теперь пойдем разберемся с «Искоркой»? Все-таки наш корабль. Нам и чинить.
— Темнишь ты что-то, — прищурился ртарианец, спрыгивая на землю.
— Уже нет, — вздохнул Лотус. – Теперь – совсем нет…
***
Флагман семейства Астра. На подлете к звездолету Империи.
Корабль медленно разворачивался, чтобы войти в стыковочный шлюз. Он был почти бесшумен — точно так же, как и все, кто находился на борту.
В кают-компании — никого постороннего. Только Тиан и Рамона. Экипаж, советники, главы влиятельных семей Галактики – не все, конечно, но многие – уже готовились к встрече с новым партнером, которому Кортус Астра должен был представить их. К встрече с Андромедой.
— Ну? — Рамона скрестила руки, лениво прислонившись к панели. — Мы летим к нему… А твой герой все еще не появился.
— Не мой, — коротко ответил Тиан, не отрывая взгляда от голографического интерфейса. — И он все еще Астра. Пока.
— Если он еще жив, — добавила она, выдыхая. Голос — легкий, как будто это было не о брате. Но в нем было слишком много металла. Рамона куда больше походила на отца, чем любой из братьев. Хоть и не признавала этого.
— Он жив, — отрезал Тиан. — Он просто...решил.
— Ах, как трогательно. Решил! — фыркнула Рамона. – То решает девчонку отпустить, то вот, пожалуйста, остаться с лузерами!
И Тиан, и Рамона – оба уже знали, что Лотус нарушил отцовский приказ. Когда стало понятно, что эта сиротка – владелица ядра горизонта событий, по неведомой причине решившего осесть в гуманоидном теле, — младшему Астре было приказано любой ценой захватить девчонку. Он успешно справлялся… В самом начале. Только в итоге Лотус «решил». Рамону бесили эти его «решения». Как и последнее – не прибыть в точку сбора. Не сесть в глитчевую капсулу. Не примкнуть к плану отца. Тиан ничего не ответил на выпад сестры, так что она продолжила давить: