Корпус матово переливался — не серебром, а пеплом, словно корабль и правда вынырнул из выжженного пространства, где некогда бушевали сверхновые. Отсюда и имя — "Пепельный Свет".
Его длина, по данным брошюры, — семьсот пятьдесят четыре метра, шестнадцать палуб, четыре стабилизационных кольца и собственный фрактальный генератор для экстренного прыжка. Внутри — дипломатическая зона, медотсек, тренировочные залы, навигационный центр, архив, даже ботаническая мини-купол-сфера, чтобы у экипажа оставалась связь с "живым". Кажется, у нас на астероиде всего этого не было… Глитч, да я в АПТУ такого великолепия не помню!
Именно на этом корабле вели переговоры с Вестирскими кластерами. Именно на его палубах совершались многомиллиардные сделки. Именно он первым вышел на связь после конфликта с границей Империума Д’Шай.
И именно сюда я сегодня поднимусь.
Практикантка. Да, всего лишь… Но, когда ты стоишь под грузовым трапом звездолета, участвовавшего в миссиях, которые в академии преподают как историю, — ты понимаешь, что это не просто практика. Это — порог.
Я слышала позади шаги — кто-то еще из практикантов, думаю. Рен, наверное. Лотус бы уже приобнимал меня за талию. Но я все равно не обернулась.
Я все еще смотрела на "Пепельный Свет". И не могла поверить, что сегодня мне предстоит взойти на его борт.
Мой коммутатор пикнул, прислав уведомление:
«Загрузка багажа: завершена. Ожидайте.»
А потом — входной шлюз засиял, распахнув створки в недра «Пепельного Света».
***
Палуба 3-А, Брифинг-зал, звездолет "Пепельный Свет"
Мы стояли в шеренге. Десять будущих великих профессионалов, как сказала бы сания Вариарте, "со скромными амбициями и завышенным чувством собственной значимости". Новенькие комбинезоны слегка жали в плечах, ботинки блестели подозрительно ярко, а лица — ну… почти никто не пытался скрывать, что внутри все вибрирует от волнения.
С куратором практики нам повезло — суровый вошедший в зал мужчина представился, как саний Хаттар Грейн. Главный техник "Пепельного Света". С жестким лицом, где морщины смотрелись как боевые шрамы, и с левым плечом, переливающимся хромированным глянцем. Оно было механическим — и в нем, по слухам, прятались отвертки, гаечные ключи и маленький лазер. Для особо ленивых курсантов.
— Две недели, — сказал он резко, будто не произнес, а вырезал голосом в воздухе. — Две недели вы на борту. Не как туристы. Как практиканты. И это значит, что вам повезло вдвойне — вы не просто получите доступ к системам боевого корабля. Вы будете частью экипажа. Почти.
Он сделал шаг вбок — и по полу прошел глухой металлический звук, будто вся палуба затаила дыхание.
— У каждого из вас будет наставник. Вы будете ходить за ним тенью, не вмешиваться, а учиться и записывать. Выполнять все его поручения. В конце дня все наблюдения, выводы и новые изученные механизмы – описывать в журнал. В конце практики будет отчет. Потом экзамен. Потом — решится, пойдете ли вы дальше или обратно, в аудиторию, сопли в пробирках размазывать.
Он щелкнул пальцами, и голографическая панель высветила имена наставников. Напротив каждого — курсант.
Я пробежалась по списку взгдядом: «М. Верус — пилот корабля (вторая смена), старший офицер Хеи Тарран». Хм. Не командор, но и не стажер. Уже хорошо.
Хаттар продолжил:
— Ваша задача — не мешать. Не просить. Не задерживать. Наблюдать, помогать, исполнять поручения. Вы не просто студенты — вы часть цепи. Пусть временная, но, если порвете цепь, я лично оторву вам руки. А если подорвете репутацию АПТУ — тогда и головы.
Все замерли. Кто-то сглотнул. А рядом со мной буквально веяло спокойствием -- Лотус Астра совершенно не волновался. Костюм офицера ему удивительно шел. Я залюбовалась своим парнем: его идеально лежащими, будто небрежно, волосами, зеленью глаз, светящихся уверенностью, выверенной осанкой и легкой тенью иронии на лице. Он будто был создан для офицерской формы…
— Ты даже не нервничаешь? — прошептала я, скосив глаза.
— Из-за практики? Нет, — ответил он с той самой полуулыбкой, от которой у меня стабилизатор подкашивался. – А вот из-за миссии…
— А что с ней?
Лотус не ответил, просто кивнул на панель. На синем экране горели буквы: Л.Астра – дипломат К.Астра.
— Хочешь познакомиться с моим отцом?
Я уставилась на голографическую панель. К.Астра -- это же ТОТ САМЫЙ К.Астра. Тот, которому половина Тревиуса принадлежит. Который еще миллиардер. Который... мамочки, отец Лотуса!