— Тогда война началась.
Голограмма исчезла. Щелчок, как закрытие гроба.
Вив повернулась к выжившим.
— Готовьте отслеживающих дронов на перехват «Пепельного Света». Мы не нападем снова напрямую… Пока. Но теперь она — наша цель. Где бы ни скрылась.
Флотилия прибудет через несколько суток. Все, что оставалось им сейчас – ждать и следить. Вив подумала о Ромуле. Если бы он был здесь… Она сжала кулаки. Его нет. И в этом виновато это чудовище с проклятой планеты на отшибе галактики. А теперь это чудовище защищает девчонку – а значит, она снова с ним столкнется. И тогда… Возможно, у нее будет шанс отомстить.
Глава 5 (часть 1)
Палуба 2-Гамма, коридор к капсулам отдыха, “Пепельный Свет”
Я шла, будто не совсем по коридору, а… сквозь вязкую пустоту. Словно бы пространство слегка сопротивлялось каждому шагу. Тело работало на автопилоте, разум — застрял где-то в той рубке, среди искр, крови, выкриков и этих ублюдков из далекой галактики. Мир не рухнул. Сирены смолкли, корабль снова слушался пультов управления, офицеры кричали команды, а я… А что я?
Офицер Тарран буквально впихнул меня в коридор и отрезал:
— Отдых. Это приказ. Дальше взрослые поработают.
Я послушалась и покинула рубку. Шла по коридорам... Медленно. Будто хотела потеряться. Или просто ноги отвечали внутреннему состоянию.
Перед глазами внезапно выросла отливающая мягким светом табличка: Технический отсек. Я приложила руку к панели.
Открыв дверь, я увидела Рена, сидящего на полу посреди перепутанных кабелей и дымящихся модулей. Рука по локоть в отсеке коммутатора, волосы спутаны, щека в мазуте. Он матерился, но тихо — почти ласково. Видно было, что друг сосредоточен – брови периодически уплывали на не самые предрасположенные для них места.
— Ты в порядке? — спросила я, заходя.
Он обернулся и попытался улыбнуться — криво, уставшим глазом, который не «просто посмотрел на меня», а перетек на щеку, чтобы лучше видеть.
— Пикси! Ты как? Ты же… ты там была. Я отсюда слышу все переговоры по внутренней связи, тебя вызвали…
— Я в порядке. — А что еще я могла ответить? Что у меня до сих пор красные глаза перед внутренним взором?
— Тогда марш в капсулу. Тут скучно, максимум искры и перегорающие ИскИны. Тебе нельзя такое — слишком травмирующий опыт.
Я рассмеялась — вышло хрипловато. Нервно.
— Ты… повзрослел, Рен.
Он пожал плечами.
— После вторжения андромедских психов — самое время. Теперь объявят комендантские часы и карты для вылета? Не хотелось бы – я только вошел во вкус!
Я улыбнулась. Рен вернулся к перебору кабелей и устранению последствий нападения. Я недолго понаблюдала за ним, а затем попрощалась и вышла.
Интуиция подсказывала — скоро снова начнется бег. Андромеда в нашей галактике… Напала на дипломатический звездолет… Это ведь практически объявление войны. Но сейчас… есть пара минут на тишину.
Перед дверью в мою капсулу я остановилась.
Внутри сканера мигала синяя полоска: режим восстановления активен. Уровень допуска: обновлен. Меня что, повысили?
Я подняла коммутатор. Написала Лотусу:
“Ты как? Где ты?”
Ответ пришел почти сразу:
“Жив. С отцом. Ты?”
“На ногах. Иду в капсулу.”
“Завтра поговорим? Сегодня не вырвусь.”
“Конечно.”
Я повесила коммуникатор на пояс. Вроде бы все в порядке, но… Как будто странная тишина между буквами. Будто он — отдалился. Это из-за боя?.. Или он видел, что я…
Вздохнув, я приложила ладонь. Сканер привычно просветил капилляры. Дверь отодвинулась, впуская меня в капсулу. Меньше, чем у меня в АПТУ, но более современная – и, что удобно, кровать буквально в паре шагов.
Я медленно опустилась на нее. Панель оповещений погасла, мягкий свет охватил контуры потолка. Только теперь — по-настоящему — я осталась одна.
В груди было тихо. Жжение не ушло, но стало… понятнее. Как будто что-то приоткрылось внутри, становясь на свои места.
“Умница,” — прозвучало в голове.
Я вздохнула и закрыла глаза. Мир медленно приходил в норму… наверное. А я?
Глава 5 (часть 2)
***
Цитадель Эпсилон, столица Объединенной Галактики
Купол был огромен. Голографические проекции систем, цветные спирали звездных маршрутов, панорамный стол из жидкого кварца. Физически присутствовали только представители двадцати восьми влиятельных фракций. Остальные подключены удаленно, их переливчатые голограммы занимали свои места так, будто они здесь – живые, полупрозрачные. Точно призраки.