Уворачиваясь от его ударов, я глубоко вдохнула. Чистая, белая сфера. Черные глубины космоса. Яркое зарево… Слом пространства. Горизонт…событий…
Сердце замедлило свой бешеный ритм. Дышать стало легче. Я ощутила небывалое спокойствие. Повернулась к Кастору. Тот довольно улыбался. Я ответила ему тем же – и ринулась вперед.
Шипение плазменных мечей – это был единственный звук, разносящийся по гулкому кратеру. Кастор выглядел, словно алая молния – для меня. Не знаю, могли ли это видеть другие, когда сражались с ним… Но я – видела. И сама была точно такой же молнией.
— А это весело! – бросил он мне, уворачиваясь от града атак и переходя в наступление. – Давно я так не сражался!
— Обращайся! – хмыкнула я, ловя красную нить и сворачивая ее в клубок. Клубок тут же был отправлен в сторону инитийца – тот со смешком поймал его мечом.
Так прошел еще час. Или два. Не получалось в пылу битвы, пусть и тренировочной, следить за временем. А уж когда время ломалось и не хотело быть пойманным… Я почувствовала, что начинаю уставать. Интересно, а если…
— Стой, — попросила я парня. Тот тут же остановился и опустил меч. Я прикрыла глаза. В груди ощущалось тепло. Только теперь – не чужое, не незнакомое. Я знала, что это. И…догадывалась, как с этим справиться.
Перед мысленным взором – темное полотно открытого космоса. Черное. Чистое. Пустота…
Еще один глубокий вдох. Тепло разлилось по всему телу. Мысли пропали. Сознание молчало. Я открыла глаза.
Красной дымки больше не было.
— Получилось… — выдохнула я. – Кас, у меня получилось! Я поняла! Кажется…
— Умница, — похвалил он меня. Я ответила радостной улыбкой. Организм не разделял мое счастье – и недовольно заурчал животом. Глитч, я же совсем ничего не ела! И Кастор тоже…
— Ты не голодный? – спросила я у инитийца. Тот удивленно моргнул. – Кастодии вообще…едят?
— Конечно. И спят. Мы же тоже живые, — усмехнулся он.
***
Мы решили не оставаться на станции. Во-первых, там было холодно. Во-вторых — как-то... неуютно. Так что я подумала, и Кастор решил, что стоит вернуться для ужина (или обеда? Или завтрака?) в капсулу.
Дверь шлюза за нашими спинами мягко закрылась, оставляя за бортом скалы астероида и старую базу. Я вдохнула сухой, но теплый воздух капсулы. Где-то в недрах корпуса мягко гудели стабилизаторы — будто звездолет так тихо нас поприветствовал.
— И чем ужинают кастодии? – спросила я, направляясь к интерфейсу питания. Три легких нажатия: и вот на дисплее весело запрыгали пиктограммы: «Протеиновый батончик стандартный», «Суп из концентрата 47-А», «Ионизированные энергетические вещества»...
Кастор опустился в кресло пилота и, склонив голову, наблюдал, как я копаюсь в этом, хм, меню. Меню было, если честно, очень так себе.
— М-да-а-а, — протянула я, оценив выбор. – Правильнее сказать, что кастодии не питаются ничем.
— Почему же, там целых пять…или шесть вариантов! – не согласился инитиец. — Рекомендую концентрат 47-А.
Я фыркнула и продемонстрировала крайнюю степень неудовлетворения. Концентрат подмигивал мне с картинки абсолютно неаппетитными пузырьками. Нет, это мы есть не будем!
— Солнце, активируй модуль 693-гамма, будь лапушкой, — попросила я ИскИн.
— Ринка собралась кулинарничать? – поразился Солнце. – Модуль активирован. Мое любопытство тоже.
Я хмыкнула. Не кулинарничать… А немножко ломать витиеватый код этого синтезатора пищи. Ибо не стоит кормить уставшую проблему Галактики такой гадостью! Да никого не стоит этим кормить!
— И что ты собралась делать? – следя взглядом, как мои пальцы порхают над панелью управления синтезатором, спросил Кастор.
— Я собралась делать что-то съедобное, — пробормотала я, не отвлекаясь на него. – У нас на астероиде сначала тоже было что-то похожее… Но малыши это есть не могли. А я не могла смотреть, как в них запихивают подобное… Так что… А, вот! И теперь…
Еще пара настроек – и скромное меню кастодийской «кухни» пополнилось вполне сносными вариантами. На молекулярном уровне те элементы, что использовались для синтезирования этих…концентратов…были идентичны частицам и других блюд. Просто никто не хотел заморачиваться.
— Готово! – возвестила я, отходя от панели и давая инитийцу полюбоваться моей работой. – Венсианские закуски? Может, пай из фасилийских морепродуктов? Или… — я понизила голос до торжественного шепота. – Меню номер шесть из столовой АПТУ! Преподавательское! Оно, конечно, все синтезированное… Но хотя бы съедобное!