— Саний, — Рен слегка кивнул. — Рад вас видеть.
— Я тоже рад, Винт. — Грейн говорил спокойно, но в голосе было напряжение, от которого не избавиться даже шифром. — Проверяю каналы. Хотел убедиться, что ты в порядке.
— Все стабильно. Учеба, тренировки. Работаю по методичке, которую вы рекомендовали. И... — Рен замялся, но продолжил: — Собирался сам с вами связаться. Но здесь столько произошло…
— Я слышал. — на той скуле, что была покрыта кожей, проступила тень. — Уточнил у своих.
— Тогда вы знаете, саний: это не одиночная атака. И все это знают… АПТУ переформатировали – теперь мы считаемся одной из первых линий обороны. Ввели новые дисциплины…
Грейн кивнул. Лицо его оставалось бесстрастным, но голос стал чуть тише.
— Ты держишься, Винт. Это хорошо. Я потому и наладил канал – хотел узнать, как ты. Как вы там. Как Пикси?
— Она… — Рен не знал, как подобрать слова. Хотя, это же саний Грейн… — Она не на Ртаре. С кастодием… Где-то.
— Интересно… — саний прищурился. – Все так плохо?
— Не имею права разглашать… — быстро проговорил Рен. Грейн лишь только согласно кивнул – понимал. – А у вас… Как у вас?
Секунда тишины, словно саний размышлял. Возможно так оно и было, но…
— Думаю, тебе стоит это знать. Несмотря на это их «молчание» на сорок восемь часов…
Рен замер. Даже коммутатор на его ладони будто стал холоднее.
— Саний?
— Эти андромедские ублюдки… захватили Инитий. «Пепельный» рядом был, у нас миссия туда назначена.
— Вы в порядке? – голос полиморфа дрогнул. – Вас не задело?!
— Нет, мы не успели прибыть на место. Но сигнала не было… А дальше ты сам понимаешь.
Рен кивнул. Он понимал.
— Тогда по логике — дальше Ивия. Потом Ортариан. Фасили. Ртар. Тревиус. Ап... – парень сглотнул. Ведь действительно – звездный путь прокладывался именно таким способом… — А потом — и вся остальная галактика.
Грейн опустил взгляд.
— Именно так и звучал доклад нашего командира. Секторное наступление, точечное, срежиссированное. Значит, дальше будет больше… Но Совет... решил пока молчать, — Грейн поморщился.
— Из страха?
— Из желания удержать порядок. Или его иллюзию. Не знаю.
Они замолчали. Коммутатор потрескивал, как будто старел прямо в руках.
— Так что, Винт… — вздохнул саний. – Учись стрелять лучше, чем ремонтируешь навигационные блоки. Сейчас это важнее. И береги себя.
— Вы тоже, саний…
Связь оборвалась. Рен остался в полутемной комнате, глядя на темный экран коммутатора.
«Инитий…родная планета Кастора..» — подумал парень, находя созданный Ринкой спецканал. Палец замер над символом связи. Стоит ли ей знать? Или… пока не нужно?
Рен не решался активировать соединение.
Ночь предстояла долгая. Еще более долгая, чем этот бесконечный день.
***
Особняк Астра. Сайрон. Тревиус.
Отец не поднял взгляда, когда Лотус вошел. Рамона провожала его сюда практически как на войну, даже прекратила отпускать свои шуточки. Тиан лежал на его кровати и лишь пожелал брату удачи. Удача… В этом доме она была лишь у их отца.
Кортус Астра сидел у панорамного экрана, на котором бесшумно вращалась проекция орбитальной сетки Тревиуса — нити трасс, пульсирующие контрольные узлы, условные символы. Никаких лиц. Только схемы.
«Как и он сам», — подумал Лотус, притворяя тяжелую дверь. Отец любил классику (если слово «любить» вообще применимо к такому, как он) – в доме, конечно, все было обставлено по последнему слову технического прогресса, но антураж оставался настолько классическим, насколько это возможно.
— Запри дверь, — бросил Кортус. Ни приветствия, ни взгляда. Лотус подчинился, щелкнув замком.
На несколько минут воцарилась тишина. Отец изучал лицо сына, точно читал отчет. И ему не нравилось то, что она видел.
— Контакт с этой девчонкой ты прекратил, — констатировал факт Кортус.
Лотус напрягся. Плечи остались прямыми, лицо спокойным — но внутри как будто оборвалась струна. Парень и так знал, о чем пойдет речь… Но надежда — упрямая тварь: даже в доме Кортуса она не сдавалась до конца.
— Я не видел в нем необходимости, — соврал он. — Все ведь и так…
— Ты. Не имеешь. Права. Решать. – отчеканил отец.
Щеку Лотуса обожгло.
«Плазменный меч», — безошибочно определил парень. Удар плашмя – не разрезать, но ранить.
— Прости, отец, — Лотус опустил голову.
Новый удар пришелся по спине. В этот раз – плеть. Обычная, металлическая. Парень скрипнул зубами.