Меня слегка передернуло. Я боялась, но при этом желание нацепить прекрасные крылья было невообразимо огромным. Понятно, что летать я не смогу, планировать тоже. Аниманы не летают, есть вещи, которые несовместимы с человеческой природой даже с нашим уровнем биоинженерии.
— И они используют их это для танцев и… секса? — спросила я, покраснев.
— В основном, — подтвердил разработчик. — Самый востребованный аксессуар у аниман-аффэ. Девушки — ангелы, юноши — падшие демоны, и прочая фетиш-лабуда. Подойди. Слушай, — он замялся, — ничего, если я разрежу твою футболку?
Я кивнула и подошла к гостю. Он еще раз показал мне крылья.
— Эта часть мягкая, — объяснил Скиппи, слегка разворачивая «аксессуар», — тоже похожа на кожу, не отличить. Она сольется с телом на плечах и ключицах и будет очень хорошо держаться. Никто и не подумает, что ты не настоящий аниман. Во время сна крылья могут ощущаться непривычно, но расположение «костей» такое, что давить не будет. Но иногда тебе придется все это снимать и давать телу отдых — нагрузка на нервную систему слишком велика. Чтобы снять, представь, как они отделяются от позвоночника. Твой друг будет помогать тебе с обратным процессом, я его проинструктирую. Потренируетесь пару раз, чтобы девочка освоилась?
Тетл склонил голову в знак согласия.
— Как часто нужно их снимать? — спросила я.
— Каждые три-четыре дня. Перья не пачкаются, только очищай их от песчинок — расправляй и встряхивай время от времени.
— Песчинок?
— Твой друг сказал, на Сапэ ты будешь работать в клубе на пляже.
— А, да, точно, на пляже, да, — я бросила короткий взгляд на каалаханца. Это проверка на невозмутимость?
— Готова?
— Она готова, — проговорил Тетл.
«Операция» закончилась довольно быстро: в спину несколько раз что-то кольнуло, закружилась голова. Крылья весили немного, и ощущение постороннего объекта на спине прошло почти сразу — так привыкают к рюкзаку или сумке, переставая их замечать.
— Теперь самое сложное, — предупредил Скиппи, — синхронизация нервной и биоэлектронной систем. Попробуй их расправить. Ты же видела, как это делают аниманы?
Да, я видела. Но представить такое на себе… Я попыталась. Крылья дернулись и зашуршали, меня качнуло.
— Неплохо, — одобрительно сказал Скиппи. — Только не спеши. Они мощные, могут даже оторвать тебя от земли, но это трудно.
Я тренировалась примерно полчаса и заметила, что крылья… болят. Голова кружилась все больше. Но я была в восторге.
— Неплохо, да? — лениво протянул Тетл, наблюдавший за моими потугами со странным блеском в глазах. — К Скиппи прилетают со всего Кластера. И самое главное, мало кто знает о таких игрушках, они ведь не запатентованы.
— Ну да, — признался Скиппи. — Не хочу я их патентовать. Меня все равно вынудят продать изобретение какой-нибудь крупной фирме. Не бойся, лапонька, все надежно, проверено годами и… секретно. И вот еще что.
Парень достал из сумки несколько баночек и флаконов. Он провел белой жидкостью мне по бровям и ресницам. Потом втер немного прозрачного опалесцирующего геля в лицо и руки до локтя, нанес несколько мазков на шею и ступни.
— Все тело мазать не нужно, главное — соответствие имиджу. Иди, посмотри на себя в зеркало.
Я уставилась на свое отражение. На меня смотрело фантасмагорическое создание: девушка с бледной, чуть светящейся в лучах солнца кожей, белыми бровями, губами и ресницами. Я осторожно расправила крылья за спиной. Они только ощущались небольшими. Разойдясь в стороны, они оказались шире моих расставленных рук. Я перехватила взгляд Тетла в отражении.
— Тебе идет, — сказал каалаханец, сдержанно улыбнувшись.
… Спустя несколько недель я настолько свыклась с крыльями, что ощущала их если не продолжением себя, то привычным девайсом. Начались репетиции в качестве аниман-дивы. Проблема заключалась в том, что в Энгиме было трудно найти место для тренировок.
— Так не пойдет, — бормотал Тетл, хмурясь. — Для прогона нужно пространство.
— Какая-нибудь пустующая пещера, — подсказала я.
— Тренироваться в пыли? В этом?
Каалаханец красноречиво осмотрел мой белоснежный наряд — плотное, обтягивающее трико. Я никак не могла к нему привыкнуть и мой «инструктор» заставлял меня надевать его на каждую репетицию.
— Ты захотела быть аффэ? — привычно нудел он. — Вот и первый нюанс. Каково это, чувствовать себя почти обнаженной?
Трико было плотным и скрывало все интимное, при этом откровенно подчеркивая изгибы. Ни один изъян не остался бы в нем незамеченным. К счастью, многочасовые тренировки с крыльями выточили рельеф тела, я чувствовала себя непривычно сильной и гибкой.
— Спрошу Курта, — подумав, сказала я. — Днем у него нет посетителей. Опять же, это будет поводом подкинуть ему деньжат, так-то он стесняется.
Ситуация с гастропабом становилась все печальней. Клеветнические ухищрения Гидакли, предводителя местных браконьеров, давали свои плоды. Теперь даже обычные посетители стали для Курта редкостью. Туристы забредали в «Оазис» все реже, и то только те, кто не затруднился проверить рейтинг ресторана в Гуглакси.
Мне, конечно, не верилось, что масаи обладают телепатией и намеренно рушат планы охотников за редкой живностью, но Гидакли явно имел зуб на всех, кто привечал у себя покровителей поркупинов.
Курт покорно согласился сдавать свой зал в аренду на несколько часов, и мы перенесли репетиции в паб. Сдвинутые столы служили сценой.
Танец был сложным. Он включал в себя движения с крыльями. Все пируэты должны были совершаться с опорой на кончики пальцев, так создавалась иллюзия полета. Я сбивала ноги в кровь, не помогали даже уплотнения на носках трико. И Тетл был однообразно нуден и недоволен.
— Одна нога, одна. Без опоры на вторую! Не пытайся облегчить поворот. Ну же! Выше! — командовал он. — Хватит лениться! Работай!
Курт зачарованно следил за репетицией из-за барной стойки. У Фиби на лице застыло восхищение. Я же постепенно привыкала к «зрителям». Но появление новых лиц в пабе стало для меня шокирующим сюрпризом.
Они пришли в полдень, два масая и трое поркупинов. Я заметила стоящих в дверях аборигенов с поднятыми торчком иглами и с трудом удержалась, чтобы не спрыгнуть и не залезть под стол. На открытой местности я обычно так и делала — пряталась за обломки скал, даже довольно сносно научилась отслеживать сгустки фиолетовой слюны на камнях.
Глава 22
Елена
… Я видела испуганное лицо Фиби, напряженное Тетла и флегматичное Курта.
— Рад приветствовать вас в «Оазисе», господа, — гибридник медленно отделился от стойки. У меня сложилось впечатление, что Курт прекрасно осознает степень опасности и отвлекает внимание на себя. — Проходите. Желаете меню? Блюда дня — отличный бигос, а также шакотис, приготовленный на открытом огне.
Поркупины мгновенно отреагировали на звуки речи: дружно повернулись к бару и подняли иглы. Но затем, как по команде, обратили свои мохнатые мордочки в мою сторону. Я стояла на столе, ощущая, как из всех конечностей у меня почему-то дрожат… крылья.
Один из аборигенов, самый высокий и пушистый, заговорил. По крайней мере, именно так я восприняла неравномерные выдохи — толчки воздуха, вырывающиеся из его (или ее — у поркупинов два пола, но определить, самец это или самка, можно лишь в определенное время года, в брачный сезон) ходящей ходуном грудной клетки.
Семе выслушал аборигена, наклонив голову, и обратился ко мне:
— Мои маленькие братья узнали, что сегодня тут будет танцевать женщина ку-ду-ку, и пришли посмотреть.
Масай вопросительно посмотрел на высокого аборигена, словно ждал подтверждение. Поркупин три раза громко выдохнул. На этот раз я расслышала в его дыхании звуки «к» и «д». К речи добавились шорохи от трения игл, а Семе несколько раз глухо щёлкнул.