«Хорошо, попробуем следующий», — переходя от одного штыря к другому, использовав с десяток попыток, он так и не смог обнаружить ни единого слабого места.
— Пьфу, ты. Чтоб вас пронесло за такие старания, — не смог сдержать эмоций Игнатов, выругавшись вслух.
«Советчик блин, зайди в коллектор, возьми там себе какое-нибудь оружие, — подумал он, вспоминая слова Константина, — хоть кирпич бы какой тут найти! Чем этих Щелкунов убивать? Хотя, придушу ногой, если что, где их ловить-то? Вот в чем вопрос. На Свалку иди и всех победи», — подвёл итог своих размышлений он.
Шагая по тёмному туннелю, Солдат погрузился в воспоминания об одной из командировок в Африку, где ему как-то пришлось несколько дней питаться исключительно мясом местных грызунов, попав в засаду при сопровождении грузового каравана. Пропитание им добывал один из местных жителей, легко охотясь на крупных особей, с помощью меткого броска камня или палки.
Выжить при нападении, ему удалось только за счёт безрассудства и упрямства, закалёнными многолетними тренировками. Совершенно ничего не понимающие в тактике ведения боя боевики, после первой шквальной атаки уничтожившей основной гражданский состав каравана, попытались вступить в ближний контакт, по-видимому, стремясь одним мощным ударом добить остатки сопротивления, максимально не повредив сам груз. Игнатов, укрывшись на противоположной от сектора обстрела стороне дороги в болотистой низине, скверно пахнущей затхлой водой, с пятёркой оставшихся в живых бойцов сопровождения, подчиняющихся лично ему и двумя местными аборигенами, один из которых был переводчиком, а второй ответственным за доставку груза, приказал прекратить огонь и ждать обнаружения противника. Единичное сопротивление продолжалось у первых машин, во главе колонны, но помочь им, не наблюдая основных сил врага, он никак не мог. Ждать пришлось недолго, из Мангровых зарослей вышла троица нападавших, пригибаясь на каждом шагу с «АК-74» наготове, пытаясь обойти с фланга сопротивлявшихся защитников каравана. Тихо! Пулемётом не пользоваться. Приказал жестом он своим бойцам. Подпустив соперников ближе, Игнатов поочередно указал на противника и двух своих бойцов и взял на прицел третьего боевика, отдавая команду на уничтожение целей. Короткие очереди в три патрона, выпущенные почти одновременно, слились в единую звуковую волну. Переводя прицел со своей «мишени», на два тела, лежащие в неестественных позах, убитые меткими выстрелами соратников, Солдат скомандовал:
— Буранов, за старшего. Занять огневую позицию. Начать стрельбу только после моей атаки. Задача ясна?
— Так точно.
Игнатов, забросив автомат за спину, взял в руки ПКП «Печенег» и тихо сместился с позиции последней атаки, максимально не выдавая своего положения.
После нескольких томительных минут ожидания решительных действий противника, Игнатов заметил выбегающих одного за другим вражеских бойцов, выбрав основной целью те самые остатки у головной колонны. Подняв в напряжении руку, повторно предупреждая не выдавать себя раньше времени, он ждал максимального выхода атакующих в сектор поражения. Сердце учащенно забилось в груди, осознавая, что первые единицы уже практически приблизились к разбитым машинам, за которыми и укрывались защитники груза. Каждая секунда промедления могла стоить дополнительных потерь, но, понимая, что если его план не удастся в краткосрочном исходе столкновения, то уйти живыми из этой засады, скорее всего, не удастся уже никому.
Не сводя прицел с головы самого «дерзкого» противника, вышедшего раньше остальных из вечнозеленой густо заросшей прибрежной полосы, он боковым зрением наблюдал за остальными врагами, пытаясь понять, когда основная группа атаки полностью лишит себя преимущества скрытного нападения. Секунда, вторая, пора!
— Огонь! — коротко скомандовал сам себе Игнатов, позволяя и остальным бойцам начать стрельбу.
Голову одного из противников, от сдвоенного попадания «серьёзного» калибра, в буквальном смысле, разорвало на куски, обильно орошая содержимым тент грузовика, за которым скрывались последние «единицы» сопротивляющихся защитников каравана попавших в окружение. Кинетическая сила удара пуль была полностью поглощена разлетевшимися, кровавым фонтаном в стороны кусками плоти, позволяя неспособному больше предпринимать осмысленных действий человеку, державшему автомат на изготовке, сделать ещё несколько шагов и только после этого, медленно опуститься на колени, укладывая мертвое тело на горячий песок. Под очереди товарищей по оружию, Игнатов, низко пригибаясь к земле, спустившись почти по колено в болотистую грязь оврага, начал смещаться ещё дальше от основной группы, огибая стороной зажатых плотным огнём врага, союзников. Одна за другой машины с грузом начали загораться от выстрелов беспорядочной стрельбы атакующих грабителей. Враг, фиксируя новое направление атаки, пытался занять более выгодную позицию.