Между тем шлюпки, числом не менее тридцати, с вражеским десантом стремительно приближались к развалинам рабовладельческого поселка.
Иван вновь обеспокоенно принялся высматривать во фрадштадтских лодках легкие орудия. В первой волне готовящихся к высадке народу было вполне достаточно, чтобы зацепиться за берег, преодолев заградительный огонь подопечных Силкина, а если у них еще и артиллерия под рукой окажется – совсем туго обороняющимся придется.
Пушек обнаружить не удалось, зато в трех или четырех шлюпках мелькали мортирки для метания гранат. Но это не так страшно, поскольку это оружие островитян ни в какое сравнение с таридийскими гранатометами не идет. Иван вообще недоумевал, почему на каждом углу объявляющие себя сторонниками прогресса фрадштадтцы не спешат перенимать военные новинки, хорошо зарекомендовавшие себя в других странах. В чем здесь загвоздка? Ведь те же гранатометы и минометы весьма удачно использовались князем Бодровым еще два-три года назад против сборного войска короля Яноша. Дело в медленно распространяющейся информации или в элементарном высокомерии – мол, не могут эти варвары ничего хорошего произвести, и все тут? Впрочем, это как раз тот случай, когда грех жаловаться. Чем дольше противник будет игнорировать новое вооружение, тем больше выгод получит от этого Таридия.
Шлюпкам до берега оставалось уже не более тридцати метров, еще немного – и они подойдут к торчащим из воды обугленным сваям спаленного при разгроме Престона причала. И тут Силкин на мгновение отвлекся от бинокля, чтобы, сунув пальцы в рот, громко свистнуть. Спустя миг свист раздался уже где-то в глубине джунглей, после чего одно за другим громыхнули выстрелы из десятка орудий. Поднявшиеся над джунглями пороховые облака предательски указали всей округе местонахождение батареи, но обороняющимся сейчас было не до маскировки. За первым нестройным залпом последовали второй и третий, ядра буквально посыпались на головы суетливо пытающихся скорее достичь берега фрадштадтцев. Три шлюпки разнесло в щепки, одну перевернуло поднятой волной, еще некоторое количество столкнулись между собой, поломав друг другу весла. В престонской бухте возникла неразбериха, грозящая перерасти в панику – островитяне со страху принялись палить в сторону берега из ружей и пистолетов, а разносящиеся над водой ругань уцелевших и вопли раненых были слышны даже на укрытом кустарником возвышении, которое Силкин облюбовал под свой командный пункт.
Несколько кораблей начали разворачиваться к берегу бортом, в том числе и «Нептун», но большинство не стало озабочиваться лишними маневрами и открыли стрельбу из того положения, в котором находились в данный момент, то есть многие палили из носовых орудий. А с учетом того, что большинство судов подошедшей эскадры не являлись военными – соответственно, и орудия, и канониры на них были весьма посредственные: стрельба эта больше походила на попытку испугать противника грохотом, чем на реальное противодействие артиллерийской атаке с берега.
Жадно наблюдавший за разворачивающимся действием Андреев подумал, что неплохо было бы сейчас выкатить пушки прямо на берег да ударить по приближающимся лодкам картечью. Но он тут же отогнал эту мысль прочь: сейчас времени на это уже не было, а будь пушки там изначально, никто бы не начинал высадку, предварительно не накрыв их огнем с кораблей. Да и эффекта неожиданности в таком случае не было бы от слова «совсем».
Таридийские ядра разбили еще две шлюпки, но большая часть десанта была уже слишком близко к берегу, чтобы успеть предотвратить высадку, да и «Нептун» вот-вот мог открыть огонь, а это почти сорок штатных орудий военно-морского флота Фрадштадта, направляемых опытными канонирами. Так что Иван совсем не удивился, что его товарищ отдал приказ прекратить обстрел и уходить с позиций. Правда, сам он при этом оставался на месте, из чего можно было сделать вывод о том, что не все средства обороны исчерпаны.
В этот момент со стороны моря знатно громыхнуло. Линейный корабль островитян окутался клубами дыма, после чего джунгли вздрогнули от упавших в них чугунных ядер. Били кучно, далековато от расположения батареи Силкина, но направление было взято правильное. С третьего-четвертого залпа могут и накрыть артиллеристов, если оставить все как есть.
Вскоре второй залп «Нептуна» снова проредил местные джунгли. Ответа не последовало, из чего фрадштадтцы могли сделать вывод о подавлении вражеской батареи, но капитан второго ранга Андреев только усмехнулся: таридийским пушкарям было не до стрельбы, так как они сейчас спешно покидали позиции.