Небо приобрело едва заметный серый оттенок. Волны тихо плескались и это значило, что Неспокойное море позади. Корабль горделиво рассекал волны, моряки привычно суетились, поправляя то одно, то другое. И посреди этого застыла фигура. Ветер слоно не замечал ее золотистых распущенных волос. Один ее глаз пронизывал по-зимнему холодной синевой. Второй же излучал весеннюю зелень. Казалось, будто они впитали в себя синеву и зелень моря. А еще в них застыли скорбь и боль. Воспоминания вспыхивали в голове яркими картинками. И все они причиняли боль. Дядя Осмонт, прежний Совет, королевы Мегарис и Периалла.. Они все сыграли огромную роль в ее судьбе. И вместе с болью и разочарованием они подарили ей опыт. И она не забудет их, неважно, какие чувства они вызвали.
Эти мысли вызвали у нее волну жалости к себе. В глазах защипало, по щеке попозла холодная соленая капля. Пытаясь совладать с собой, королева сердито смахнула ее. Что ж она так расстроилась? Видимо.. из-за Д Марио. Она оставила его и Треспию. И все из-за своего стремления быть впереди всех.
Как вдруг на ее плечо легла рука. Знакомый голос игриво позвал:
- Эй, котенок!
Не веря своим ушам, Эллаира замерла. Затем медленно обернулась. Разбойница широко улыбалась, щурясь, словно сытая кошка. Солнце бликовало в ее темных глазах и придавали блеск коже. Жизелла излучала ту самую беззаботность, которую сама Эллаира испытывала в то недолгое время, когда не была королевой. Шагнув вперед, она заключила подругу в объятия.
- Ты?
Обе с одинаковыми смущенными улыбками повернулись к Уайатту. В его глазах застыло смешанное выражение. Он переводил взгляд с Эллаиры на Жизеллу. Эта девушка была их подругой и прошла с ними через самые тяжелые испытания. Но.. они ведь так давно не виделись, кто знает, что изменилось за это время?
- Как ты оказалась здесь?
Жизелла запрокинула голову, ее смех зазвенел колокольчиком. Кажется, даже глаза заблестели ярче. Положив руки на талию, разбойница ответила:
- Должно быть, вы уже забыли, что я могу пробраться куда угодно?
Неловкость повисла в воздухе, разлилась холодком по белеющему небу. Ветерок подул не очень сильно, но пронизывающе. Меж бровей Жизеллы пролегла складка, глаза потемнели от возникшей задумчивости.
- Кажется, скоро начнется шторм.
Пойдем в каюту?
- Уайатт.. Проследи, чтобы никто нас не отвлекал, хорошо?
- Есть! - с широкой улыбкой ответил рыцарь.
Все трое спустились в каюту. Уайатт почтительно стал спиной к выходу. Жизелла сложилась руки на груди. Сейчас блеск ее глаз и улыбка выглядели немного натянуто.
Кажется, между ними возникла некая отчужденность, которую обе пытались скрыть. Хоть и прекрасно понимали, что время и долг могут разрушить даже такую дружбу.
- Я собираюсь сделать леди Кристину графиней Кораллового хребта.
Брови разбойницы взметнулись вверх. Почему-то дурное предчувствие сковало сердце.
- Ты уверена? Я хочу сказать.. ее мать..
Глаза Эллаиры шире распахнулись и она кивнула. Жизелла подумала о том, что вся эта политика меняет их. Все пережитое сыграло с ней дурную шутку - привычка путешествовать и сражаться привела к тому, что она совершенно не способна усидеть на месте. Даже ради любви. Голос Жизеллы прозвучал пугающе серьезно:
- Нет, Делия не знает, что я здесь.
- Вы... расстались?
Разбойница хмыкнула:
- Нет, я просто... не смогла упустить такую возможность.. Подумать только, я.. побываю за пределами Изриона! Представь, что мы там можем увидеть, какие истории рассказать!
Не сдержавшись, Эллаира хихикнула и с досадой отметила, что смех получился вымученным. Прикусив нижнюю губу,королева бросила взгляд на могучую спину. На фоне голубого плаща длинные волосы казались почти белоснежными. И вновь сердце затянуло горечью, как в тот раз, когда ему из-за нее досталась сотня ударов. Он хоть и друг ее детства,но вести такие разговоры неприлично. Да и.. будучи одиноким и неопытным, он не сможет ее понять. А вот другая женщина, состоящая в любовных отношениях с другим монархом - да.
- Я...я только сейчас поняла, что боюсь.
- Боишься?
Подбирая слова, королева смяла складки платья и опустила глаза. Говорить стало легче.
- Вместо того, чтобы представить себе место, куда я плыву, я думаю только о переговорах.
Жизелла шагнула вперед и присела на корточки, заглядывая подруге в лицо. Ее рука легла на колено Эллаиры, это вызвало у нее смущенный румянец. Казалось, еще немного и они поцелуются. Но королева не стала отстраняться, наоборот, положила руку на ее щеку.
- Ты справишься. Это гораздо легче войны с Ксаэлем.
- Дело не в этом. Перед смертью дядя Осмонт сказал, что единственное, что у него осталось, это расчеты. Я не хочу... - ее голос дрогнул и стал тише. - не хочу стать такой же.