— Пожалуйста… Что тебе нужно? По её щекам ручьём лились слёзы. — Почему ты так редко улыбаешься? Она сломалась. Судорожно схватилась за нож, в отчаянной попытке хоть как-нибудь защитить себя. А я всё не мог понять, что делаю. Словно, это не я. Словно меня подменили. Снаружи я смеюсь ей прямо в лицо, а внутри разрываюсь от страданий. И вот, я аккуратно отбираю у девочки нож, глядя ей в глаза. Заглядывая ей прямо в душу. Обнимаю её за талию и слабо провожу лезвием по её щеке. — Я помогу тебе избавиться от этой маски… Рука медленно смещается с талии на спину, затем на затылок, а после — теряется в её фиолетовых волосах. Теперь я не в силах остановиться, как бы я не хотел. Будто одержимый, я резко провожу ножом от уголков губ девушки вдоль щеки. В уши ударил пронзительный девичий крик. На белоснежную рубашку стекала тёмно-алая кровь. Лицо девочки начало стремительно бледнеть и, вскоре, она стихла, ослабла и повалилась на меня. Я аккуратно подхватил Лену и положил на койку. Я прекрасно осознавал, что делал. Я не хотел… Это ведь не я… Снаружи — не я. Снаружи смеюсь, а внутри страдаю. — Лена?! Я обернулся. У входа стоял ещё один Я.
Я резко распахнул глаза и громко вдохнул. На лбу выступили мелкие холодные капли пота. Резко вскочив на ноги и случайно задев корзинку с ягодами, я отошёл шага на два. Нет, на три! Отвернулся, прикрыл лицо руками. Не хотелось, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Я быстро зашагал вглубь острова. В глазах всё плыло. Нет, я не рыдал. «Почему? Почему я снова вспоминаю это? Всё ведь было так хорошо, и вот опять я всё чётко помню, словно пересмотрел какую-то запись.» Я уже почти вышел на другой край острова. Под ногу попался торчащий из-под земли корень, из-за чего я по инерции повалился на землю. С досады стукнул кулаком о поверхность земли, кое-как добрался до воды, сунул туда руки и плеснул себе в лицо. Долго сидел у берега. Я уже практически успокоился, когда меня нашли Славя с Леной. Больше не колотило в истерике, разве что руки немного дрожали от нервного срыва. Я сидел на раскалённом песке, обхватив колени руками, покачиваясь взад-вперёд и уставившись в невидимую точку перед собой. — Семён? — несмело подала голос Славя. Я медленно перевёл взгляд на девочек. — Ты впорядке? Пару секунд я молча залипал сквозь них, затем тихо ответил. — Ага… Да… Перехватив взгляд Лены, я тут же отвернулся и резко поднялся. — Мы закончили? — спросил я осевшим голосом. — Да. — Хорошо. Не глядя на девочек, я двинулся к нашей лодке. По пути встретил корзинку. Полную. Всё-таки, Лена собрала опрокинутые ягоды. Схватил корзинку и продолжил свой путь. Девочки не отставали. — Семён, что с тобой? Не хотелось сейчас говорить с ними. Не хотелось говорить с кем-либо вообще. Но надо было ответить. Они же ни в чём не виноваты. — Всё нормально. Просто кошмар приснился. Вскоре, мы погрузили корзинки в лодку и оттолкнулись от берега. *** Обратно мы доплыли быстрее. Всю дорогу я был полностью сконцентрирован на гребле и старался не думать о своём кошмаре. Настроение было препаскудное, отчего даже не ощущал никакой тяжести в руках. О какой физической тяжести может идти речь, когда внутренняя тяжесть куда сильнее? — Семён, отнеси пожалуйста корзинки Ольге Дмитриевне. У нас ещё дела есть, — попросила Славя. — Ага… — на автомате ответил я и тут же схватился за корзинки. На автопилоте я добрался до домика вожатой. Я был настолько сейчас напряжен, что даже не заметил, как добрался до своего пункта назначения. Поставив у крыльца корзинки, я постучал в дверь. Никто не ответил. «Может, её дома нет?» Не придумав ничего получше, я опустился на стоящий рядом полосатый шезлонг. Можно было ещё раз задремать, вот только глаза категорически отказывались закрываться. Так что, я просто уставился на свисающуюся надо мной ветку приятно пахнущей сирени. Она как раз хорошо закрывала меня от нещадно палящего Солнца. Стало чуточку легче. — Привет, Семён. Я перевёл взгляд на источник звука. Это была Ольга Дмитриевна. — Здравствуйте, — буркнул я, поднимаясь с шезлонга. — Вижу, урожай вы собрали неплохой — с энтузиазмом сказала вожатая. — Ага. Славя с Леной молодцы. — А ты? — И я молодец, — невозмутимо ответил я и даже приподнял уголки губ. Ольга внимательно на меня посмотрела. Видимо, всё моё внутреннее состояние было нарисовано у меня на лице. — Чего такой хмурый? — девушка легонько потрясла меня за плечо. Я же старательно улыбнулся в ответ. — Да… Просто… Вспомнил кое о чём… Не очень хорошем. — Не хочешь выговориться? — Хотите попробовать себя в роли психолога? — я горько усмехнулся. Как бы я старательно не прятал взгляд, Ольга Дмитриевна всё равно умело его перехватывала. Я сдался. Заглянул ей прямо в глаза, полностью сорвав с лица маску весёлого пионера. Сперва участилось дыхание, задрожали руки… Затем в глазах всё поплыло и по щекам предательски потекли слёзы. Вожатая медленно подошла и аккуратно прижала меня к себе. Она не задавала лишних и не нужных вопросов. Словно и без них всё было понятно. Я ответил на объятия и ткнулся ей в плечо. Девушка успокаивающе гладила меня по голове. Я не знал, как буду объясняться перед ней после того как успокоюсь… Хотя, с чего я вообще должен что-то объяснять? Она и так всё поняла. Поняла, что не стоит затрагивать эту тему. Вскоре, я начал постепенно приходить в норму. Дрожь потихоньку начала отпускать, дыхание успокоилось. Я шмыгнул носом и аккуратно отстранился. Наскоро вытерев рукой лицо, отошёл на шаг. — Сходи в медпункт, Виола тебе успокоительного даст. Тебя проводить? Я только отмахнулся. — Я сам, спасибо… И… Простите, пожалуйста. — Ничего, — вожатая ласково улыбнулась. — Нечасто, конечно, такое у нас случается. Не ожидала, что именно с тобой такое произойдёт. — Да, просто… — я решил отбрехатся, чтобы ко мне больше не было никаких вопросов. — Просто вспомнил об отце. Он… Пропал. Может, даже погиб. Я не знаю… — Семён, если не хочешь об этом говорить — не говори. Для меня главное, чтобы ты в норме был. Я только слабо улыбнулся, медленно развернулся и побрёл в сторону медпункта.
Добравшись до обители медсестры, я постучался в дверь. — Войдите, — несколько нараспев ответила медсестра. Внутри меня как всегда встретил запах медикаментов. — Здрасте, — буркнул я. — Меня Ольга Дмитриевна направила к вам за… — Да, конечно, — перебила меня медсестра и широко улыбнулась. — Она меня предупредила. Я же нахмурился. «Когда только успела… Л-ладно.» — Только у меня их нет… пионер, — добавила женщина. — Как так? Она говорила, что… — Ну, раньше были… Да кончились. «Мы ведь про одно и то же говорим?» — Впрочем, ты не расстраивайся, — продолжила медсестра, подошла к какому-то ящику и достала оттуда бутылку. Я присмотрелся. Глаза расширились в изумлении, а брови слегка приподнялись. Пиво. «Останкинское». «Охренеть — не встать! Вот это я понимаю — упокоительнозаминитель!» Я сдержанно кашлянул. — А что такое? — невозмутимо спросила Виола. — Пиво — тоже продукт брожения. Никто и не заметит. Полностью проигнорировав её слова, я спросил, запинаясь: — А… А в-вы уверены? — Абсолютно, — медсестра хищно улыбнулась. — Ну ладно… Спасибо. Забрав бутылку, я направился к выходу. — Пионер! — А? Я обернулся. — Бутылочку-то спрячь. Будет нехорошо, если кто-то тебя увидит с… ней. — Ага… — промычал я, пряча бутылку под рубашку, и вышел из медпункта.
Я решил пересидеть время до ужина у себя в домике. Заодно и пиво распробовать. И всё бы ничего, но на площади меня остановила Славя. Точнее, она выскочила у меня из-за спины так неожиданно, что я тут же подскочил на месте, едва не уронив бутылку. — Как оно продвигается? — весело спросила девочка. «Не имею ни малейшего понятия о чём ты, женщина…» — Нормально, — с каменным лицом ответил я. — А что у тебя там? — она указала на выпячивающуюся из-под рубашки бутылку. — А-а… Да так… Ничего особенного. Мне пора! Глупо хихикая, я (почти) бегом ретировался с площади. Слава раздолбайству, Славя не из тех людей, которые будут гнаться за мной и продолжать задавать не нужные вопросы. Такие, как Ульяна, с которой я только что столкнулся! — Что прячешь? — она хитро посмотрела на меня. Уж с ней церемонится я не собирался, по этому с вызовом ответил: — А не твоё дело! Шифровку в штаб несу! — Большая… Шифровка… И только сейчас я заметил, что держу бутылку на уровне пояса. По этому мне стоило огромных усилий, чтобы не заржать от такой двусмысленной ситуации. — Может тебе помочь? — Сам справлюсь! Я уверенно обошёл Ульяну и возобновил свой путь к домику. На моё удивление, она не стала меня преследовать. Остаток пути я прошёл без препятствий. Больше никого встретить мне не «посчастливилось», по этому, довольный собой я вошёл в домик. Бутылку уже можно было не прятать. Оглянувшись в поисках чего-нибудь, что можно было использовать в качестве открывачки, я ничего не нашёл. Мне ничего не осталось, кроме как подойти к столу, упереть о край крышку бутылки и хлопнуть сверху по ней рукой. И вот, согнутая крышка летит на пол, а из горла идёт лёгкий пар. Усевшись за стол, я сделал один большой глоток. «Холодное… Простыть ещё не хватало…» Настроение было более менее приподнятым. Я уже полностью позабыл о всём плохом, что со мной сегодня произошло. Остался только неприятный осадок, который я надеялся изгнать бутылкой пива. Получится ли? Посмотрим. Я взглянул на дверь. Немного поразмыслив, я всё же поднялся и закрыл её изнутри. «Не хватало ещё незванных гостей мне тут.» Через несколько десятков минут, бутылка пива была прикончена. Поставив её на пол, возле кровати, я на автомате прикрыл глаза и сразу же уснул под волшебное пение птиц.