— Я сам, — бойко ответил он. — Я просто не настолько гибок. — Он хмыкнул, продолжая держать меня на прицеле своих пушек. — Полагаю, мне не следует ожидать, что ты с радостью позволишь мне управлять Ядром и Пустошью без твоего вмешательства, не так ли?
— Полагаю, мне не следует ожидать, что ты отпустишь меня с миром и оставишь остальных пони в покое, не так ли? — возразила я, глядя на него, пытаясь придуматься, как мне его победить. В голову ничего не шло. Я должна была придумать… что-то… или просто начать действовать импульсивно. Вместо этого я почувствовала холодный узел ужаса на том месте, где раньше была моя победа. Я не знала, как победить его. Я даже не знала, мог ли он быть побеждённым. У меня даже не было оружия, которое я могла бы использовать.
— Нет. Без обид, но после того, что ты сделала с «Селестией», я должен убить тебя просто из принципа, — ответил он. Его орудия лязгнули, загружая новую пару снарядов. — А теперь не двигайся, и давай сделаем это… — На «это» он выстрелил, и место, где я должна была находиться, взорвалось. — …быстро.
Но меня там уже не было. Я телепортировалась сразу позади него, тяжело дыша и чувствуя бушующий в крови адреналин. Без моих стальных аугментаций телепортация казалась почти что… лёгкой. Я сосредоточилась на его пушках, а моя магия потянулась и начала вытягивать бойки из обоих орудий. Может, я и не могла нанести ему физический урон, но зато я могла лишить его любимых игрушек.
Металлическое копыто ударило назад, и я едва успела нырнуть. Сверкающее, серебристое копыто прошло над моей головой, и я попятилась вместе с бойками, плывущими рядом со мной. Он обернулся, и его орудия издали щёлкающие звуки.
— Не это ищешь? — спросила я его с улыбкой, прежде чем выбросить их через край. — Ай яй яй.
Это вывело его из себя. Он ринулся вперёд, и я побежала вместе с Шарм, сжимавшей мою голову, а на моей груди подпрыгивал пластиковый медальон. Я чувствовала боль и усталость, но старалась не слишком наслаждаться этими чувствами. И несмотря на то, что мне хотелось бы иметь какую-нибудь броню, и на то, что мои аугментации сейчас очень бы мне пригодились, я ничего не могла с собой поделать, но я любила всё эти ощущения внутри себя. Моё сердце билось, мой желудок урчал, мои плечи болели, в моих ушах звенело… вместе и по отдельности, все эти чувства напоминали мне о том, что я жива.
К сожалению, среди всех этих новых ощущений, одно я потеряла полностью. У Когнитум по-прежнему был мой жеребёнок, и это определённо уменьшало степень моего удовольствия.
У меня по-прежнему были сомнения насчёт того, как я собираюсь его победить без оружия. У меня не было даже камня или дубинки. И всё же, тут было достаточно мусора. Я левитировала металлическую балку и сделала пробный взмах. Брус лязгнул по его шлему, а он даже не замедлился. По правде говоря, он стал ещё ближе.
Будь разрыв между нами побольше, я могла бы забраться на лифт… стоп… нет, Хорсу нужна помощь. Это не сработает. Больше болтовни? Но он достаточно сильно хочет меня убить; о чём тут ещё разговаривать? Давай же. Думай. Обычно, к этому моменту, я бы уже какое-то время стреляла, колола, или топтала своих противников.
Я вновь телепортировалась к кровавому следу, ведущему туда, где рядом с обломками Свити Бота лежал Хорс. Машина тихо гудела и трещала, в то время как он нашёптывал что-то ей на ухо. Он не был похож на того, кто собирается жить долго без кожи. Я осторожно спустила Шарм.
— Нам нужно переместить вас в одну из этих стазисных банок, — сказала я, осматривая дымящиеся обломки. Ни одна из них не уцелела. И ни одно лечащее зелье не могло выдержать такой концентрации ХМА, как здесь. — Проклятье. Я хочу задать тебе несколько вопросов. О «Горизонтах». Голденбладе. Когнитум.
Он протянул к моему лицу покрытое кровью копыто, а затем ощупал мой лоб.
— Рогатая. Неужели ты можешь читать воспоминания как МаМаша Пинк?
— Я… Возможно? — В самом деле, у меня не было времени на все эти тонкости. — У меня нет шара памяти, где я могла бы их заключить.
— Тогда запоминай так хорошо, как только сможешь. Это способен сделать любой пони. Лучшее, что они могут. — Он закрыл глаза и вздрогнул. Было слишком много крови. Слишком много! — Я был так умен. Не осознавал, что мною управляют.
— Голденблад? — хмуро спросила я.
Он фыркнул кровью.
— Ага, он самый. Этот рогоголовый был просто очередной фигурой на доске. Как и все мы. Все, кроме… неё… — он начал соскальзывать. — Лучше забери свои воспоминания. Я чувствую холод.
Я осмотрелась в поисках Стил Рейна, но того нигде не было. Это взволновало меня ещё больше. Наклонившись, я прижала свой рог к его лбу и попыталась наладить связь. Мои набеги на разум Рампейдж дали мне кое-какие представления, но если её воспоминания были подобны слоям воды, то разум Хорса представлял собою геометрический рекурсивный узор, где мысли были организованы в совершенно случайном порядке. Я понятия не имела, что из этого брать, поэтому подумала «Горизонты» и увидела, как подсвечивается часть его мозга. Я приняла эту часть в себя, и участки его сознания померкли один из другим.