«Когнитум!» яростно подумала я. Загорелось довольно много, так что я взяла самые яркие участки, какие только могла. «Голденблад» подумала я, и схватила ту единственную, слабую часть сознания, что не была тёмной. Я понятия не имела, как я сохраню все эти воспоминания, когда закончится действие заклинания, или не заражу ли я себя Хорсом. Он не казался таким уж хорошим пони, но если он мог помочь…
— Я взяла их. Они у меня! — Всё, что я могла сказать умирающему жеребцу.
— Хорошо, — произнёс он, а затем сорвал свой пластиковый кулон и сунул его мне в копыта. — Твоё лучшее… оружие… — выдохнул он, а затем завалился на бок. Я отстранилась, глядя, как его тело обращается в жижу. — Проклятье… я… хотел… — булькнул он, но, чего бы он не хотел, я могла бы получить это из его воспоминаний.
В своё время, у меня было немало воспоминаний от десятков разных пони. Я могла вспомнить все воспоминания, связанные с Шарм, и ощущала куски Хорса, как огромные глыбы льда, которые медленно тают в моей голове, и присоединяются к тому омуту, которым и является Блекджек. Останусь ли я собой, или воспоминания, полученные от Шарм и Хорса, изменят меня? Я пригорюнилась из-за некоторых вещей, которые делала Шарм. Она могла бы преуспеть в Девяносто Девятом, но она заслуживает лучшего.
Я, взглянув через плечо, посмотрела на Шарм. Теперь я знала эту кобылку, знала её разочарования, и её демонов. Если бы во время нашей первой встречи я знала всё то, что знаю сейчас, то не оставила бы её наедине со Скотч Тейп, или выбрала на царствование, но была бы более участливой и вежливой. Она была похожа на Смотрительницу: преследуемая стыдом, ощущающая потребности, с которыми не должна сталкиваться ни одна кобылка, и держащая себя в копытах при помощи непомерного чувства гордости, которой она даже близко не заслуживала. Она жила бы более счастливой жизнью работая на Каприз… пока не пришла бы я, вот так-то.
Мне потребовалось бы некоторое время на то, чтобы поразмыслить о том, что я взяла от Хорса. Я могла лишь надеяться на то, что это не повлияет на меня слишком сильно. Я тщательно осмотрела медальон.
«Это моё лучшее оружие? Как он может стать оружием? Это всего лишь покрытый пластиком кусочек лунного камня. Как я могу использовать его в качестве оружия? Что именно мне нужно сделать, ударить его этим медальоном что-ли? Да я лучше телепортирую нас с Шарм к лифту, и свалю от сюда!»
— Пошли, Шарм, — произнесла я, оглядываясь на кобылку.
Спрыгнувший с находящихся позади меня обломков Стил Реин устремился вниз подобно серебряному метеору. Я упала на спину и покатилась, когда он принялся впечатывать в пол свои копыта. Каждый удар его оставлял вмятину в покрывающих пол плитах, пока я, едва опережая его, катилась прочь. Я попыталась разнести ему голову магическими пулями, но с тем же успехом я могла бы в него плеваться, поскольку ничего хорошего из этого не вышло. Магия просто срикошетила от его серебряной брони. Я врезалась в край менфрейма, и лежа на спине, смотрела, как мне на голову опускается копыто.
Я перекатилась к нему, вот только он, среагировав быстрее чем мне бы того хотелось, сдавил меня меж своих передних ног. Но я воспользовалась магией, и вновь исчезла до того, как он смог меня раздавить. Я вскочила на ноги.
— Ну хорошо. А вот теперь, мы… — Но слова и план умерли у меня в горле.
Стил Реин стоял рядом с Шарм. Одно копыто непоколебимо стояло на конце туго натянутых проводов, идущих от её головы к находящемуся рядом кольцу, а другое покоилось на голове кобылки, готовое оттолкнуть её прочь и, либо выдернуть провода, либо просто раздавить ей голову.
— Больше никаких заёбывающих попрыгушек туда-сюда, Блекджек. Хватит. Этот полосатый мудила оказался прав. Ты слишком опасна, чтобы оставлять тебя в живых. А теперь, ты подойдёшь сюда, ляжешь на пол, и сдохнешь, иначе я выдерну все провода за раз.
Я пристально посмотрела на его. Смогу ли я телепортироваться к нему и обратно быстрее, чем он сможет пошевелить копытом? Сможет ли она это пережить?
— Ты всего лишь намереваешься убить её после меня, — заявила я.