Я подошла к столу и ещё больше удивилась количеству фотографий. Министерские Кобылы, до того, как они стали Министерскими Кобылами. Принцесса Луна и Принцесса Селестия. Спайк. Пол дюжины фотографий Флаттершай. Школа, расположенная в похожей на полумесяц долине. Пампкин и Паунд Кейки. И сильно выцветшая фотография незнакомой мне кобылы-единорога.
Но помимо этого, на столешнице находилась запылённая табличка, гласящая: «Голденблад: Директор Д.М.Д». В памяти Хорса была Пинки, опечатывающая это место после ареста Голденблада. У Пинки должно быть было много дел, раз уж она всего лишь запечатала кабинет до лучших времён, в точности, как и его дом. Я по-выдвигала ящички картотечных шкафов, и увидела, что пропало несколько документов. Изъяты Голденбладом, когда он был смещён за то, что ударил Твайлайт, или их забрал Хорс, когда сам стал Директором. Хорс предпочитал управлять из Робронко.
От нечего делать, я пролистала некоторые из оставшихся документов, разглядывая тщательно выполненные росчерки заметок и набросков на полях и углах листов. Одно, написанное каким-то политиком, письмо, посвящённое принудительному переселению зебр из Зебратауна в Эпплузианскую пустыню вместе с «другими рифф раффами» было прокомментировано: «Переселить в Эпплузианскую пустыню», а под надписью был нарисован связанный жеребец единорог, с заткнутым кляпом ртом, и биркой «До: Риффт Раффии», привязанной к уху, которого запихивали в поезд.
Другие пометки были более серьёзными: «Мне жаль, Старейшина, но в этот раз Принцесса Луна не может обратить внимание на проблему зебр. Она питает отвращение к тем нападкам, от которых страдает ваш народ, но идёт война, и она не может сначала защищать ваш народ, а затем говорить окружающим, что они должны сражаться с врагом. Пожалуйста, не обращайте внимание на исходящую из Стиля риторику и знаете что, столь же сложно, как это должно быть, Принцесса Луна осознаёт множественные пожертвования, сделанные зебрами Эквестрии, и страдания, которые они вытерпели. Пожалуйста, прекратите попытки инициировать публичное заявление по этому вопросу. Оно не будет рассмотрено пока не закончится война».
А чуть ниже была нацарапана заметка: «Попросить её высочество поговорить с Рарити о том, что надо смягчить дикторский текст про „шпионов и диверсантов“. Когда пони начинают говорить о массовых арестах, в целях обеспечения безопасности, то пришло время сделать перерыв».
Однако же, в другой записке содержались указания по организации нападений «симпатизирующих» на членов семьи Эппл. «Отсечь гнилые ветви» гласила фраза, которую использовали для убийства пони с позиции силы. У Голденблада имелся список пони которых можно было использовать, повысить, или убрать, с целью извлечения пользы для военной экономики. «Мы смазка, благодаря которой продолжают вращаться колёса королевства. Липкая, отвратительная, и недооценённая, но жизненно необходимая».
Так почему же тогда он создал Горизонты? Реакцию лунного камня и звёздного металла, которая уничтожит планету? Какой был в этом смысл? Почему он вдруг стал изменником? Почему саботировал ЭП-1101 так, что когда тот дошёл до Луны, назвал её тираном и запустил оружие? Это не имело никакого смысла. «Почему» было недостающим элементом, который мог предать всему этому смысл. Для пони, вроде Когнитум, было проще списать Голденблада со счетов, как сумасшедшего. Но он не был сумасшедшим. Искусным интриганом, безжалостным убийцей, конечно. Но сумасшедшим? Я просто не могла поверить в это.
Я протянула копыто к терминалу, и тот запустился почти мгновенно. Он, казалось, был сложнее даже тех цветовых моделей, что я видела в поместье Блюблада. Они, скорее всего, были самыми новыми моделями. Содержимое, конечно, было так сложно зашифровано, что у меня не было шансов получить к нему доступ обычным взломом. Поэтому, я просто вводила все пароли, какие только могла придумать, но терминал отклонял их снова и снова. Зная мою удачу, кодовое слово будет чем-нибудь совершенно случайным.