— Я просто рад, что они приняли меня. Мои оценки не были так хороши с тех пор как Мама… кхем… — он покраснел и опустил глаза. — В общем, я от них этого не ожидал, мистер.
— Специальные помещения были сделаны для детей-сирот и жертв войны. — Он сделал паузу, и пробормотал в раздумье, — хотя я не думал, что их будет так много.
Пока они шли вдоль коридора, сквозь окна я могла видеть, что формой, школа была похожа на гигантский полумесяц, с круглым строением в центре изгиба. Четырьмя этажами ниже нас теснились полдюжины повозок. В лунном свете можно было разглядеть, как пони и зебры спят, и несут дозор. Достигнув конца коридора, мы вошли в похожий на клетку лифт, с отъёмной крышей, висящий в громадной центральной шахте. Кабина беззвучно пошла вниз, в захвате левитационных талисманов.
— Эм… сэр? — нерешительно произнёс жеребчик.
— Да, Айсбранд? — спросил он, смотря прямо перед собой на медленно проплывающую вверх стену шахты.
— Это правда, что вы жили вместе с зебрами?
— Когда мне было столько же лет, сколько и тебе, возможно немного меньше. — Голденблад слегка улыбнулся. — Мать любила путешествовать. Она побывала во всех уголках Империи Зебр, а вместе с ней, и я.
— А какие они, зебры? — спросил он шаркая копытами.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Голденблад, взглянув на него. — Какие именно зебры?
— Все, — сказал Айсбранд, шаркая копытами. — Тимбл сказал, что они все колдуны со страшными масками, Брай Роза сказала мне что у них есть большие города, и Свит Грас сказал, он… сказал, что они… гм… делают… — Он покраснел, и остальные его слова потерялись в бормотании.
— Секс принадлежности? — спросил Голденблад вопросительно выгнув бровь. Айсбранд издал слабый писк, и бледный единорог усмехнулся. — Карнилиа прославляют жизнь. Всю жизнь. И создание жизни. Про детали спроси у мисс Амбер Джевел в классе здоровья, — он посмотрел на жеребёнка корчащегося в смущении, а затем добавил, — Эти зебры из разных племён, ты можешь распознать их по украшениям, которые они носят.
— На своей одежде?
— В своих ушах, — хохотнул Голденблад. — Это Таппахани. Беженцы. Таппахани — охотники и шаманы из джунглей. А заодно и великолепные повара, между прочим.
— Я думал, что все зебры одинаковые, — пробормотал жеребчик. — То, как они живут и сражаются…
— Таппахани? Сражаются? — Он тихо засмеялся, качая головой. — Нет, Айсбранд. Они не воины. — Он потёр копытом подбородок. — Однако, их поединки весьма интересны. Некоторые, пытаются приготовить блюда настолько пряные, что из-за слёз их противник становится недееспособным. Или же, устраивают соревнование, чтобы узнать, кто из них сможет украсть яйцо гигантского Руха, или собьёт из духовой трубки лист, с самого высокого дерева. Они не Роамани, войны которых алчут сражений и битв. Для них эта война более тяжелое испытание, чем для нас.
А вот это, походило на мой тип зебры! Готовь обед, а не воюй! Мне стало любопытно, каковы на вкус их блюда, в сравнении с тем, что готовит Глори.
Двери загудели и открылись, и пара вышла в другой коридор. Крики и плачь кобылы, раздававшиеся вдалеке, эхом отражались от тёмных стен.
— Я смогу найти путь, иди спать, Айсбранд. И помни что у тебя завтра тест по Поборникам Гармонии.
— Но, сэр, — проныл жеребёнок, — в школьном дворе ведь лагерь зебринских беженцев. Как мы можем устраивать тест в такое время?
— Таппахани не собираются вредить нам. Только если не решат приготовить для нас ужин. А теперь отправляйся в постель. Мне нужно повидаться с деканом.
Жеребёнок кивнул, и развернулся, чтобы войти в лифт, а затем остановился.
— Мистер Голденблад? Не могли бы вы мне рассказать ещё о племенах зебр завтра? — Голденблад улыбнулся и кивнул ему. Айсбранд засиял.
— Спасибо! — он нажал драгоценный камень, и двери лифта захлопнулась, и кабина тихо поползла вверх скрываясь из виду.
— Какой хороший парень… — и Голденблад порысил в направлении криков.
Когда он приблизился к двери офиса, та распахнулась, и в дверном проёме возник грязно-жёлтый единорог.
— Вот вы где! Почему так долго? Она кричит и лепечет уже около часа на её диком языке. Я уже готов был использовать успокоительное заклинание. — Его сердитый взгляд вызвал у меня желание лягнуть его в голову.
— Я пришёл сразу сюда, Дин Битербрю, — спокойно сказал Голденблад. — Она в порядке?
— В порядке? — насмешливо спросил желтый единорог. — Она пронырливая воровка. Мы поймали её вдали от остальных, когда она пряталась неподалёку. А как только мы её поймали, она начала бормотать и тараторить. — Он посмотрел через плечо. — Наверное шныряла по округе, ища что бы стащить. Директор говорит, что из студенческой лаборатории пропали целый ящик спарк-батарей, мана-конденсатор, и несколько проводников. И кто его знает, куда она их спрятала.