С чего бы начать?
— Когнитум сказала, что Флюкс-клоны не могут выносить плод, — ответила я.
— Правильно. Я не силён в биологии, но, видимо, пустышки не способны формировать функционирующую плаценту. Незначительный критический недостаток. Один из многих, — пробормотал он, рассматривая схему. — И не самый худший.
— И всё же. Даже если бы Редут не сработал в конце войны, мы могли бы использовать его сейчас, чтобы сохранить множество пони, если Горизонты ударят. По крайней мере тысячи.
Хотя всё равно это будет означать смерть для миллионов…
— Редут никогда не спасёт ни единой души, — едва слышно прошептал Голденблад.
— Чего? — воскликнула я. Он отвёл взгляд и я шагнула ближе. — Что ты сделал?
— Блекджек… прошу тебя… я просто хотел сделать лучше для Эквестрии, — пробормотал он.
— Что ты сделал, Голденблад? — повторила я вопрос, пытаясь сохранить самообладание. Ты не палач, Блекджек…
— Я знал, что даже с Редутом, для восстановления жизни в Эквестрии потребуются десятилетия. Что, возможно, Редут потерпит неудачу. Но у меня случилось… прозрение, — пояснил он, с грустью глядя мне в глаза. — Первое падение звезды было ужасным, но при этом было высвобождено огромное количество духовной энергии. Я предположил, что если Том проникнут той же самой духовной энергией, то мир сможет восстановиться намного быстрее. Возможно, в течение всего лишь одного поколения…
Я уставилась на Голденблада.
— Ты хочешь сказать…
— Да, — мрачно ответил он. — В этом лунном камне заключена душа звезды.
Заметка: Идёт загрузка, пожалуйста, ожидайте…
Глава 6
Утро
«Сбежать, пока не стало слишком поздно, мы должны
Дабы способ спасти положение найти мы смогли»
Когда я покинула Стойло Девяносто Девять, моей целью было увести Дэуса подальше от своего дома, тем самым сохранив его. Со временем, я увязала в паутине секретов и закулисных сделок, кульминацией которых был загадочный Проект Горизонты. Это было сюрреалистично осознавать, что нечто созданное более двух столетий тому назад, в безумии войны, может сейчас уничтожить всё, что мне было дорого. И всё же день за днём, битва за битвой, я всё ближе подбиралась к истине. И теперь она у меня была.
Для меня, это ничем хорошим не закончилось.
— Ты поместил душу звезды в огромную глыбу, которую собирался бросить в Эквестрию? Это и есть причина всей этой суматохи? — спросила я, чувствуя себя на удивление опустошённой. Он лишь тихо, стыдливо кивнул. «Серьезно… это сейчас было… что?» — Как? Почему?
Он махнул копытом и внезапно в окружающей нас пустоте появился единорог-пустышка. Затем, вокруг его головы появились кибернетические усиления и магическим образом присоединились к нему, без всех тех мясистых и кровавых действий, которые были мне знакомы после настоящей кибернетизации.
— Вместо попыток отправить живых специалистов, — начал Голденблад, — которые могли узнать о Горизонтах и отключить их, мы запрограммировали мехаспрайтов для постройки «Дерева Жизни» и центров по кибернетизации.
Всплыли изображения золотого дерева «Проекта Химера» и кибернетической установки, которую я использовала в Башне Шедоуболтов. — На другой ракете, мы отправили крупный запас Флюкса и шаблон единорога…
— И использовали управляемые компьютером Флюкс-клоны для постройки этого орудия, — перебила я. — Ты уже говорил об этом. Как это относиться к тому, что ты поместил душу звезды в «Тома»?
— Флюкс-клоны единорогов, — подметил он, слегка раздраженно. — Мехаспрайты построили орудие. Мы использовали клонов для воссоздания ритуалов, которые раскрыла Рарити во время «Проекта Вечность». Хоть Рарити никогда не давала мне возможности напрямую изучить Чёрную Книгу, я имел исключительный доступ к её исследовательским записям. Это, а также знания, которые она конфисковала из библиотек и у зебр по всей Эквестрии, позволили нам научить пустышек как притянуть душу звезды и поместить её в камень.
— И эта душа была не против? — скептически поинтересовалась я.
— Откровенно говоря, я не знаю. Я ожидал скорее сопротивление, но похоже на то, что душа сама позволила поместить себя в камень. Тогда, я наивно предположил, что она не знала о главном предназначении ритуала, пока не стало слишком поздно. Сейчас… я просто не знаю, — сказал он, когда еще больше экранов заработало, показывая как пятьдесят пустышек использовали магию вокруг огромного куска лунного камня, которым был «Том»