— Вроде того, — пробормотала я, разрабатывая челюсть. — А это плохо? У меня язык ватный.
— Язык? — он изогнул бровь. — Нет. Это просто остаточный эффект от высокого вакуума. Отравления лунным камнем… так и… — Тут он кашлянул и заглянул мне прямо в глаза. — Ты слышишь песни? Видишь временные разрывы? Или может неконтролируемые экстрасенсорные ощущения?
Я безмолвно смотрела на него пару секунд.
— Предположим?
— М-да, обычно требуется пара лет, чтобы появилась хоть часть этого. Вот, что поведали мне твои друзья… — Он опустил взгляд в планшет. — Ты покувыркалась в дури, затем сотворила оригинальную и не поддающуюся контролю магию разума, после чего воспользовалась экспериментальным телепатическим устройством. Я вообще не понимаю, как твоя голова не взорвалась.
Он вздохнул и убрал планшет.
— Так или иначе, ты говоришь членораздельно, у тебя из носа не идет кровь, думаю, что большего я сделать уже не смогу. В обычной ситуации, ты бы у меня еще пару часиков покайфовала среди звезд под этим талисманом восстановления.
— А что до Горизонтов, — решительно встрял в разговор П-21, — нет, они еще не выстрелили. Мы уходим, а ты остаешься здесь.
— Нет! Я не… — я попыталась спрыгнуть со стола, но споткнулась и упала на пол головой вниз. От удара у меня появились сотни искр из тех мест, которые явно были не у меня в голове.
— Ай! — простонала я, когда у меня в глазах замелькали звездочки. — Мы не разделяемся.
— Она и в самом деле настолько сильна? — отметил доктор. — Я имею ввиду, все, что вы мне сказали… она только что пережила множественные микроинсульты, а теперь вот рвется в бой?
— Агась, — сказала Рампейдж. — Свяжите ее и хорошенько отымейте. Ей такое нравиться.
— Нет времени для быстрых перепихов! — махнула я копытом всем двенадцати пони. — Вам меня не остановить, я иду с вами и точка.
— Блекджек, у тебя был инсульт, — начал объяснять П-21, пока я вставала на ноги.
— Это не первый раз, когда я иду в бой с травмой головы! — сказала я, шатаясь, пройдя и ударившись об один из столов. — Я должна идти. Так сказала большая светящаяся пони.
Я потерла висок, а затем заметила недоверчивые лица своих друзей.
— Что? Сомневаетесь, что я теперь вижу всякие штуки?
— Нет, с такими-то глазами, — проговорила Скотч Тейп и указала на полированную перегородку. Я уставилась на свое отражение и сразу же увидела сотни искр, которые кружились водоворотом в моих глазах. Сама я их не видела, но они придавали глазам мягкое люминесцентное свечение прямо, как у Снэйлса.
— Мда… блядь… — пробормотала я, смотря на отражение. — Глаза светятся. Снова.
— Ага, — просто утвердительно кивнул П-21.
— … ладно. Ну… это мне не впервой. Все равно иду, — объявила я и начала маршировать вперед, являя собой саму решительность.
— Не в первой… — квёло произнёс доктор.
Скотч Тейп лишь покачала головой.
— Поверьте, вам лучше не знать.
— Ага. Это не имеет значения. Я пойду прямо к этой двери и выбью…
— Это дверь в кладовую, — любезно пояснил П-21.
Я моргнула.
— Точно. Я знала, — и пошла к той двери, что была в дальнем конце медотсека.
— Я могу накачать её наркотиком, — сказал доктор, и я почувствовала укол страха, что, возможно, мне действительно придется сразиться со своими друзьями ради этого.
— Не надо, а то еще раздобудет ложку и уделает тебя. Она у нас ловкая, — вздохнула Рампейдж. Тут я снова запуталась в своих же ногах и упала лицом об пол у всех на виду… опять.
— Очень ловкая, — торжественно повторила она.
— У нас нет на это времени, — сказал П-21 и подошел ко мне, чтобы помочь подняться. — С тобой все в порядке? — спросил он и, подняв мою голову, посмотрел прямо мне в глаза. Сиянию отразилось в его зрачках. — Имею ввиду, ты действительно в порядке?
«Просто скажи, что тебе нужно».
Я смотрела на него целую вечность, а потом нервно облизнула губы.
— Я должна пойти, — тихо прошептала я. — Я не могу позволить вам встретить её без меня.
Я изо всех сил старалась держаться, пока у меня перед глазами сменяли друг друга ведения.
— Я не могу остаться здесь и видеть… то, что я вижу… и ничего не делать… я просто сойду с ума, — так же шепотом сказала я, стараясь сдерживать свой страх.
П-21 тоже долго хранил молчание, затем улыбнулся и кивнул.