— Да! — воскликнула я, чувствуя на своих плечах вес тела моей пустышки.
И только её.
Я огляделась по сторонам, уложила пустышку на пол и телепортировалась обратно вагон.
— Куда ты пропала? — потребовал объяснений Ублюдок. За окном набирал силу град и булыжников размером с копыто. — Почему ты нас бросила?
— У меня всегда были проблемы с телепортацией других. Если ты в курсе, как сделать это правильно, хоть как-нибудь, можешь сам себя отправить обратно в терминал! — Я схватила Скотч Тейп, сфокусировалась изо всех сил и телепортировалась снова.
Одна.
Я заорала на весь терминал так, что под сводом пошло гулять эхо. Ему вторил какой-то громоподобный грохот сверху. Телепортировавшись обратно в вагончик я увидела, что старая ракета теперь лежит на боку, завалившись на крышу. В её носовой обтекатель врезался валун.
Я снова попыталась телепортировать их обоих. И снова. И снова. И каждый раз мне удавалось перенести только себя. Я пыталась сосредоточиться на переносе только Скотч Тейп. И только Ублюдка, но что бы я ни пробовала, через эту мысленную червоточину я проходила в одиночку.
В вагончике холодало и становилось трудно дышать. Я задыхалась и исходила потом, а по крыше барабанили новые и новые камни. Если бы только Лакуна была здесь, чтобы шаг за шагом научить меня, как правильно пользоваться этим заклинанием. Если бы только я была чуть талантливее. Чуть сильнее. Чуть…
Скотч Тейп обняла моё копыто и я, рывком повернув голову, взглянула в её заплаканное лицо. Кобылка улыбалась.
— Просто иди, Блекджек.
— Что? — тупо переспросила я.
— Просто доберись до ракеты и улетай, — повторила юная кобылка своим тоненьким голоском.
Я не находила, что ответить. Сама мысль… нет. Не после Глори. П-21. Рампейдж. Нет…
— Всё хорошо, — заверила она, слабо улыбаясь. — Я снова буду с папочкой. Ты сможешь спасти всех. Как и моего братика… или сестрёнку… или кто бы там ни был.
— Заебись! — выплюнул Ублюдок. — После Когнитум и того, что наобещала мне ты, я мог бы не только заплатить тем засранцам в Дайсе, но и завязать. Осесть в Тенпони! С грёбаным гаремом! Сплошняком из рыжих аликорниц!
Скотч Тейп бросила на жеребца косой взгляд и выдала издевательское «Бвы-хы-хы». Затем снова обернулась ко мне.
— Просто иди. Пока вторую ракету тоже не накрыло булыжником, — сказала она, не обращая внимания на падающие обломки кристаллов, впивавшихся в грунт вокруг нас словно копья. — Всё нормально… ступай.
— Нет! — выкрикнула я. — Я больше никого не оставлю! Хватит! Лакуна… она погибла, чтобы спасти других. Глори… П-21… они умерли, чтобы спасти меня. Рампейдж… она… она хотя бы получила то, о чём мечтала! — распылялась я, расхаживая взад-вперёд по вагончику и пытаясь придумать, как отцепить его от рельсов, не раздавив при этом как яйцо. Если бы только у нас было больше времени! Больше времени. — Я больше никого не оставлю умирать! Никого!
Внезапно раздался новый глухой удар, но теперь в задней части вагона, а затем последовал визг металла оттуда, где вагон крепился к рельсам. Я бросилась к заднему окну и посмотрела вниз.
Рампейдж толкнула снова. Кобыла, чьи глаза спеклись в вакууме, а уши кровоточили, упёрлась телом в вагон и, напрягшись, продвинула его вперёд. Каждые несколько секунд её тело регенерировало, чтобы снова начать умирать. Но она толкала, не обращая внимания на сыплющиеся на неё каменные осколки. Тормозные колодки агонизирующе визжали, а моторы протестующе гудели, под напором полосатой пони.
Она вернулась. Она вернулась. Она выбрала жизнь вместо смерти.
Вагон вздрогнул и состыковался с терминалом. Двери распахнулись достаточно, чтобы Скотч Тейп и Ублюдок смогли протиснуться. Тут я поняла…
Впустить её внутрь нет никакой возможности.
— Рампейдж! — Я ударила копытами в стекло, глядя на подругу. — Рампейдж! Ты должна найти путь внутрь! — Но получится ли у неё? Если я выбью один из иллюминаторов, получится ли закрыть его снова? Если нет, мы все умрём. — Рампейдж!
Её лицо достаточно восстановилось, чтобы она смогла взглянуть на меня высыхающими глазами. Копытом, с торчащими из него осколками лунного камня, она указала на ракету Когнитум. Её губы бесшумно шевельнулись, но я безошибочно прочла слово.
Иди.
Я снова затрясла головой.
— Нет. Нет, нет, нет! Я не могу оставить тебя так! Ты не можешь здесь умереть! — Закричала я ей. Конечно, это было бесполезно. Она не слышала и едва могла видеть меня. — Рампейдж!
Жнец снова указала на ракету и отстранилась от окна. Нахождение в вакууме, даже с её регенерацией, обещало обернуться агонией. Именно тем, чего она больше всего боялась.